– Светлого дня, Вадос! – Ромас поздоровался с одетым в белый костюм с прорезиненным фартуком мужчиной. – Какие новости по поводу нашей находки из чемодана?

– Светлого дня! Хорошо хоть не называешь его кладом, – хохотнул высокий худощавый мужчина, с посеребренными сединой висками, и заметив меня добавил, – извините, барышня, за специфический юмор, издержки профессии.

– Это Мира, моя помощница. Не так давно поступила на службу в управу, – посчитал нужным представить меня сыскарь.

– Прекрасная новость, может ей удастся смягчить твой характер, – одобрительно кивнул мужчина, – а по поводу господина Мириса не все так однозначно. Умер ваш бедолага от мощного удара по затылку. Имеет место черепно-мозговая травма.

– Сможешь сказать какой рост был у убийцы? – уточнил Ромас.

– Ты же знаешь, что для этого необходимо знать точные условия, – покачал головой Вадос. – Место, где все произошло, и предмет, которым это было сделано. Условно ваш убийца может быть ниже на голову Кевина, но при этом находиться на лестничной ступеньке, или же ростом быть с Кевина, но при этом удар мог быть нанесен коротким либо длинным предметом. А не зная ни того, ни другого очень сложно сделать однозначный вывод.

– Но хоть что-то ты можешь сказать? – раздосадованно спросил сыскарь.

– Могу. Он никак не мог быть выше жертвы. И смерть наступила мгновенно. Тут уже стечение места удара и силы, с которой он был нанесен. Скорее всего в состоянии гнева. Или же это был довольно тяжелый предмет. В ране нет каких-либо частиц, а значит это определенно было не стекло и не дерево. Судя по трупным пятнам, поместили его в чемодан сразу после смерти.

– А что по общему состоянию?

– В целом это был молодой, здоровый мужчина, в полном расцвете сил. Не злоупотреблял ни горячительными напитками, ни дурманящими голову веществами. Поддерживал хорошую физическую форму. Но на руке есть небольшие очень старые остаточные шрамы.

– Шрамы? Какого рода?

– Я бы сделал предположение, что у него лет двадцать назад длительное время делали заборы крови. В то время как раз гуляла по Моранской части пурпурная лихорадка, и значит скорее всего у вашей жертвы имеется или имелся кровный родственник, ею болевший.

– То есть должен быть брат или сестра, – задумчиво потер подбородок сыскарь. – Спасибо, Вадос. Значит нам следует наведаться в архив и поискать информацию о родственниках господина Мириса. Отчет еще не готов?

– У меня, в отличие от некоторых, не имеется очаровательной помощницы, чтобы делать несколько дел одновременно, – усмехнулся посмертный лекарь. – Отправлю отчет как только оформлю.

– В таком случае не будем тебя отвлекать.

Вернувшись в управу Ромас сделал запрос документов из архива и мы остаток дня провели копаясь в родословных жителей Моранской части. И в итоге нам удалось найти нужного Кевина, и действительно согласно документам у него имеется брат, на три года старше его самого. Выходила я из управы уставшей и в сомнениях касательно осведомленности Ромаса о содержимом моего письма.

– Мира, светлого вечера! Счастлив видеть вас! – недалеко от входа в управу стоял улыбающийся Шон Ивье.

– Шон, и вам светлого вечера. Вы что-то хотели? – поздоровалась в ответ.

– Да, хотел. Вот, это вам, – и мне в руки был протянут небольшой букет нежно-голубых незабудок. – А еще я хотел бы пригласить вас на небольшую прогулку, если позволите.

– Вы считаете это уместно? – с сомнением взглянула на молодого человека.

– Отчего нет? Это же всего лишь прогулка, – он беззаботно пожал плечами. – Возможно, еще чашечка кофия или чаю, если позволите. Или мне нужно спросить для этого разрешение у сыскаря, с которым вы приходили?

– Нет, не надо ни у кого ничего спрашивать, – я мигом представила лицо Ромаса, если к нему подойдет Шон с таким вопросом, – ладно, давайте прогуляемся. Только пойдемте отсюда скорее.

– Вот и замечательно, именно такого ответа я и ожидал, – улыбнулся Шон. – Предлагаю перейти на менее официальное общение, если позволишь. И как насчет того, чтобы рассказть что-то о себе?

– И что же тебе интересно? – я не протестовала против отбрасывания лишних церемоний.

– Например, как ты оказалась на службе в городской управе?

– Так сложились обстоятельства, и этот вариант показался мне гораздо привлекательнее многих других, – пожала плечами.

– Ну что же, весьма смелый выбор для девушки, достойно уважения.

– А как ты выбрал изучение права? Тебе это действительно нравится?

– В целом да. Мне нравится понимать и четко знать, что можно делать, а что нельзя. И какие последствия может повлечь за собой каждый поступок, иногда казалось бы вполне безобидный. И также узнавать, как поступают люди в различных ситуациях и помогать им с ними справляться. Ведь закон это набор слов, а от его трактовки зависит очень многое.