– Для них – реальность. – закончил Ференц.

– Да. – Кивнул Инти. – Более близкий тебе пример: ты упал, и у тебя – растяжение связок. Доктор, сделавший осмотр, говорит, что все обязательно заживет. Но через две недели. Ты его слову веришь и терпеливо сидишь в кресле, печально глядя в окно. Но если этот человек вдруг скажет, что совсем недавно изобрели чудо-мазь, которая поставит тебя на ноги уже через пять дней, даст почитать специальные журналы с восторженными статьями, покажет препарат и потребует за него кучу денег… Как думаешь, заплатив и, значит, поверив, через пять дней ты начнешь ходить? – Глядя в озадаченное лицо мужчины, парень рассмеялся. – Конечно же, да. Ты сам, своей верой, сформируешь новую реальность, в которой твоя болезнь отступит. И твое новое лекарство, которым доверчивый доктор обколол ваших людей… Как думаешь, оно работает?

– Еще бы!

– Правильно. Ты сам, своей уверенностью в правильности пути, сформировал новую реальность. Поэтому твое лекарство работает. И все те люди, которые ушли в Лес, как и ты, нашли энергию для выражения своих мыслей.

– Но никакого моря тут нет! – Ференц посмотрел вниз, на сияющую реку.

– Чтобы идея стала реальностью, нужно разрешить себе в нее шагнуть. Отбросить прошлое ради воплощения мечты. Отбросить скуку ради веселья, уныние ради интересного дела, болезнь ради здоровья. Ты, Фейри, к такому готов?

– Значит, – Ференц посмотрел вокруг, – в определенные дни планета создает энергетический импульс, через который мечты становятся зримыми?

– Умница. – Одобрил Инти. Затем он поднялся и замер, расставив ноги и глядя вдаль. – На сегодня лекция закончена, и мне пора.

– Подожди! – Мужчина схватил парня за полу свободного плаща без рукавов. – Все равно я не понимаю, как, даже поверив, можно попасть в другое пространство-время? Это противоречит всем законам физики!

– Законам физики материального, атомного мира. В энергетическом, квантовом, подобных преград нет.

– Но тела состоят из атомов, из молекул!

– Которые меняют частоту колебаний под определенным воздействием. Ты забыл математику, Фейри. И вообще…

Парень вдруг подпрыгнул вверх и без всяких усилий опустился в траву на другом берегу реки. Оттуда помахал изумленному человеку рукой и скрылся из глаз.

– Подожди! А как же независимые от единичного воплощенного существа факторы вроде катастроф, войн, наводнений и прочих падающих сверху кирпичей?!

***

Пробравшись через заполненный пением, светом, шелестом, треском Лес, он вернулся на станцию и поразился царившей внутри нее тишине. В курилке никто не жаловался на жизнь, в гостиной печально темнел экраном телевизор, в столовой не смеялись девушки… Попрятались даже работницы свободной профессии, без услуг которых в мужские головы лезет всяческая ересь вроде самоуничижения или философских взглядов на мир. Хотя именно сейчас от подобной услуги он бы не отказался. Одна из девушек, пышногрудая кудрявая Синтия, была с ним необычайно мила и вызывала некоторые желания, совершенно не связанные с контролем производственных процессов.

С этими приятными мыслями он постучал в окно столовой, за которым слышались невнятные голоса.

– Что?! – Приоткрыла щель дородная повариха. – Неужели нагулялся? Давай вали!

– Гм… вообще-то есть хочется. – громко сказал он. – С каких пор охрана порядка стала называться у нас прогулкой и чего валить?

– Ой… – Ее глаза, опустившиеся на уровень щели, округлились, щиток упал, а дверной замок быстро защелкал ригелями. – Господин директор! Сейчас-сейчас!

За короткое время, понадобившееся, чтобы отпереть тяжелую металлическую дверь, дамы успели облачиться в халатики поверх ночных рубашек, подкрасить губки и причесать волосы.

– А Вы, значит, не там? – скрываясь за могучим плечом поварихи, пискнула одна из официанток.

– Там – это где? Директор, милая, должен быть на станции, даже если его подчиненным снесло крышу. Так что пугаться не надо, я – не фантом, есть хочу по-настоящему, а еще чувствую, – он провел ладонью по обнаженному локтю Синтии, – ласковое тепло нежной женской кожи.

Девушка польщенно захихикала и сократила между ними расстояние до почти приличного миллиметра. Повариха разулыбалась и заворковала басом:

– Вот мы сейчас нашего драгоценного господина Ласски накормим, напоим… Сок? Вода, чай, кофе?

– А грелочку на ночь дадите? – промурлыкал он, глядя с высоты своего роста в соблазнительный вырез халата прижимающейся к нему девушки.

– Дадим. – Фыркнула другая жрица любви. – Хотите, с добавкой.

– Не-ет… – Он рассмеялся, глядя в милые женские лица. – День был тяжелым, а кровать у меня узкая. Так что одной вполне достаточно.

– …Вот нормальный мужик… – услышал он, когда поужинав и поблагодарив дам, отправился к себе, прихватив Синтию. – Интересно, каков он в постели?

А в постели оказалось настолько хорошо, что, обняв наглаживающую его девицу, он сразу провалился в сон.

***

Наверстав с утра все не случившееся ночью, он снова навестил столовую, пожелал сотрудницам станции терпения и, прихватив приборы для измерения параметров физических полей, снова отправился в ангар. Кроме сканирования залеганий различных ископаемых, он хотел составить общую схему геоаномалий, характерных именно для данного периода активности. Работа виделась интересной, поэтому доктор, с терпением заезженной пластинки говоривший о сбоях в электронном оборудовании катеров и непредсказуемости мужского организма, был с благодарностью за службу выставлен из ангара обратно в помещение станции.