Она с надеждой посмотрела на Славика. Прочла по губам:

— Слезай.

Рывок. Ноги коснулись земли. Она расправила плечи и выдохнула: «Свобода!»

Вокруг кирпичные дачи, впереди парковка для машин и дальше асфальтированная дорога.

По периметру ограждения вспыхнули фонари. Она зажмурилась, ожидая воя сирен. Но вместо этого услышала голос Славика:

— Бежим!

Он схватил ее за руку, и они побежали к оставленным на парковке машинам. Несколько долгих секунд он возился в карманах и, пока она оглядывалась, не бежит ли охрана, вскрыл и завел старенький «Вольво».

— Садись! — крикнул он.

Гера послушно уселась рядом, и он дал по газам.

Из ворот высыпали вооруженные люди, но по машине стрелять не стали — поняли, что бесполезно.

Гера восхищенно спросила:

Как удалось завести?

Он подмигнул:

Стащил ключи от «Вольво» со столика на втором этаже, а ты что подумала?

«Вольво» выскочил на шоссе, лихо свернул под запрещающий знак и втиснулся в автомобильный поток. Вскоре следом за ними выехали два «Мерседеса». Славику пришлось перестраиваться, обгонять другие машины, но преследователи не отставали.

— Вот, гады. Мне показалось, мы оторвались.

Славик обогнал «Ниву» справа и, слегка подрезав ее, встал в левый ряд.

— Я бы на их месте не гнал с такой скоростью.

Автомобилей становилось больше. Перестроиться, как раньше, не получалось, разве что выехать на встречную полосу. Но Славик не рисковал, понимая, что встречная сторона — шанс попасться на глаза патрульной службе. Преследователи теперь тоже не выделялись.

— Гнать не будем. Прав-то у нас нет, и машина не наша.

— Тогда нас догонят.

— Если догонят, не выйдут же они на шоссе посреди автотрассы?

Подъездное шоссе ближе к Москве превратилось в многокилометровую «пробку». Двенадцать часов ночи для москвичей не повод ложиться спать. В это время люди все еще перемещаются по городским магистралям — возвращаются из командировок, заграничных поездок, гостей.

— Круглые сутки в Москву едут и едут, — она прижалась носом к стеклу.

— Ты с первого дня замышляла побег? — Славик сел поудобнее. — А погоню себе представляла? Нет? А я вот только об этом и думал.

Он порылся в карманах, но не нашел, что искал, — попросил посмотреть в «бардачке», вдруг там окажутся сигареты. Сигареты действительно отыскались: белая пачка с незнакомым названием.

— Держи. Кажется, американские.

Он взял сигарету из середины, запихнул ее за щеку:

— Это жвачка. Можешь не искать зажигалку.

Гера откинулась в кресле и закрыла глаза. Чей этот «Вольво»: Насти или Никиты? И почему ключи от него оказались не где-нибудь, а на туалетном столике в детской комнате? Их туда положили специально? Ник это сделал, или Настя решила их отпустить?

— Нам бы оторваться. И еще у нас проблемы с бензином. Лучше не дожидаться, когда он закончится, а бросить машину. Дальше пойдем по Битцевскому лесу пешком.

— В двенадцать ночи?

— Если не по дороге, шанс есть.

«Мерседесы» не отставали, шли за «Вольво» след в след.

Гере не приходило в голову, что бензина может не хватить. Как только это случится, их схватят.

— Сколько между нами машин? — спросил Славик.

— Шесть. Может, семь.

— Плохо. Тогда будем действовать быстро. Я остановлюсь. Твоя задача бежать к лесу. Я тебя догоню.

Славик с силой стискивал руль, и его настроение передалось Гере бумерангом.

— Ты, главное, беги, — напутствовал он. — Меня не жди, я справлюсь. Готова?

Он резко вывернул вправо. Машина притормозила. Гера распахнула дверцу, выскочила в ночную морось и побежала к кустам. Ноги вязли в сыром болотце, она с усилием переставляла их, заставляла себя бежать. Главное, не терять направления.

«Мерседесы» тоже остановились. Гера представила, как из них появляются люди, как достают оружие и бегут следом за ними. Воображение нарисовало людей в черном: схожих лицами, высоких, невозмутимых.

За ее спиной послышался голос:

— Бери левее!

Когда Славик обогнал ее, с силой ухватил за запястье и потянул на себя. Теперь и ветви деревьев, и полуночное небо, и даже его спина впереди — все слилось в мрачном безмолвии, через которое пришлось продираться на ощупь.

Преследователи зажгли фонари, лучи от которых пронзали лесную просеку, как стрелы пронзают мишень. Благодаря этим сходившимся лезвиям беглецы понимали, куда нужно двигаться.

— Зачем нас преследуют? — голос Геры срывался. — Нас приговорили?