Наевшись, встаю из-за стола и молча выхожу. Сегодня моего похитителя нет, он уехал раньше обычного. С облегчением вздыхаю, думая о том, что хотя бы сейчас не столкнусь с ним. Каждая наша встреча это как столкновение двух айсбергов. Он буравит меня своими синими глазами, обдавая арктическим холодом и презрением. Я же, прячу от него свой взгляд, каждый раз надеясь, что он не будет так пристально за мной наблюдать. От его взора всегда холодно и зябко, а ещё неуютно и страшно. Всё время кажется, что сейчас он придумает, как ещё можно надо мной поглумиться.

Выполняю, уже привычную для меня работу — меняю постельное бельё в комнате главаря, протираю пыль, мою полы, как внезапно дверь отворяется. Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь. Я не готова к встрече с ним, только не сейчас. Но это оказывается и вовсе не он. На пороге стоит полная копия моего похитителя, только миниатюра. Синие глазки смотрят настороженно, с опаской. Маленький мальчик, на вид около трёх или четырёх лет. Для меня наша встреча оказалась полной неожиданностью, я пребываю в шоке и не знаю как реагировать.

— Здравствуй, — тихо произношу я, разрывая тишину.

Мальчик тут же прячется за широкую юбку той самой женщины, что приходила утром за кашей. Та смотрит на меня относительно спокойно, но я улавливаю во взгляде какой-то страх. Возможно, это страх быть наказанной за то, что она позволила этой встрече состояться. Не знаю.

— Вот видишь, Саша, я же говорила, что твоего отца дома нет. Он будет к обеду.

Малыш выглядывает из-за юбки и стеснительно улыбается мне.

— Тётя! — показывает пухленьким пальцем в меня и снова прячется.

— Да, Саша, это тётя, она из прислуги и занимается сейчас уборкой. Так что давай не будем ей мешать. Пошли, мой хороший.

Женщина тянет малыша за руку и тот поддаётся. Не знаю что на меня нашло в тот момент, но я поднесла ладонь ко рту и послала воздушный поцелуй. Мальчонка улыбнулся и за ними закрылась дверь.

Опустившись на свою кровать, закрываю глаза, а перед ними тот малыш, Сашка. Он очаровал меня и в то же время заставил вспомнить о собственном брате. Я не хотела вспоминать. На душе сразу стало противно. В голове тут же проносятся картинки наших последних встреч. Как он трогал меня. Его признания, все до единого. Я всё помню. Такое, даже если очень хочешь, не забудешь. Тем не менее, я скучала по нему и переживала. Из редких разговоров с похитителем я знала, что Алёшка где-то прячется, и пока его не могут достать. Я не хотела чтобы его нашли. Несмотря на то, что он совершил, я не желала ему зла. А сегодня, увидев мальчика Сашу, во мне вдруг что-то перевернулось. До этой встречи реальность выглядела по-другому. Алексей открылся мне с другой стороны. Жестокой, беспощадной и бесчувственной. Наверное, во мне говорили материнские инстинкты, но если бы это был мой ребёнок, я бы всё сделала чтобы наказать виновника трагедии. Дети не должны отвечать за поступки родителей. Дети не должны страдать. Не должны!

Вечером этого же дня, ко мне в спальню вошёл главарь. Взгляд его не предвещал ничего хорошего. Съёжившись, я ждала, когда мужчина начнёт говорить, а сердце в этот момент делало кульбит. От нехорошего предчувствия оно заколотилось в груди с неимоверной силой. В ушах зашумело.

— Я нашёл его, Ода. Нашёл твоего брата.

Июнь-Июль 2020 года.

Ода.

Целая гамма разнообразных эмоций нахлынула на меня, когда главарь объявил, что нашёл Алёшку. "Боже! Спаси и сохрани!" Я прекрасно знаю, что этот мужчина питается моими чувствами. Вот и сейчас, взгляд синих глах в упор смотрит на меня, выискивает на лице эмоции, чтобы дожать. "Нет, мой дорогой, я не доставлю тебе удовольствие, не в этот раз".

Смолчала. Задушила в себе переживания. Он не должен видеть меня взволнованной.

— Ты знаешь что его ждёт, — это не вопрос, лишь констатация.

Да, я знаю что ждёт моего бедного братца. Не в моих силах изменить сложившуюся ситуацию. Здесь и сейчас решаю не я. Мне остаётся лишь принять условия и вердикт. Но, как справиться с этим? Как справится с тем, что ждёт твоего близкого человека? Ведь ты ничего не можешь изменить. У тебя нет права голоса. Ты никто. Мышь.

Мужчина двинулся в сторону кровати не спуская с меня взгляда.

— Ничего не хочешь мне сказать? А, Ода-Евангелина? Возможно, я пощажу твоего братца, а возможно и нет. Смотря как просить будешь.

Понимая, что он продолжает выводить меня на эмоции, я сцепила за спиной руки, лишь бы не сорваться и не броситься на него с кулаками. Это было бы смешно. Он одной своей лапой от меня отмахнётся и не заметит. Всё, что он сейчас сказал, полный бред. Он ждёт моих унижений, просьб, а на самом деле казнит Алёшу без промедления. У моего брата нет ни единого шанса на спасение. Он совершил слишком ужасную вещь, чтобы такое простили. Я не раз проворачивала всё это в голове. Знала, к чему всё приведёт, только всё равно душа готова молить о пощаде.

— А знаешь что? Я дам тебе возможность увидеть его. Что я, зверь что ли?! Нет, я хуже. Завтра. Я дам тебе эту возможность завтра. А сейчас подойди-ка, девочка.

Похоже его не смущало моё молчание. Не смея ослушаться, подошла, остановившись возле кровати.

— Ближе, детка.

То, как он меня назвал, вызвало противоречивые чувства. Внутренне напряглась, хотя внешне я выглядела довольно спокойно. Так, по крайней мере, казалось. Только по спине и ногам мурашки. Я пододвигаюсь ещё ближе и начинаю ощущать жар от мужского тела.