Апель-Май 2020 года.

Ода.

Меня чуть не стошнило, стоило Алексею прикоснуться. Сглатывая желчь, поморщилась. Это было настолько противно, что, не выдержав, я закричала:

— Алёша! Что ты творишь! Ты мой брат! Брат! Слышишь! Как ты можешь желать этого?! Это отвратительно!

— Замолчи, Ода, иначе я снова заклею тебе рот.

Не передать словами, насколько я была шокирована происходящим. Он провёл рукой вверх по плоскому животу, чуть задержавшись между грудей. От этого я дернулась что есть силы, но почувствовала как металл больно резанул запястья и щиколотки.

— Нет, Алёша! Нет, прекрати! Перестань!

— Я предупреждал! — жёстко произнёс брат и снова достал скотч.

Я замотала головой из стороны в сторону, чувствуя, как полились слёзы из глаз. Мучительно осознавать, что ты не в силах изменить ситуацию.

Брат схватил меня за шею и залепил-таки рот.

— Тише, моя сладость. Не дёргайся. Я ждал этого очень долго. Боролся с собой как мог и в итоге проиграл битву. Прости меня, — голова упёрлась мне прямо в грудь, он тяжело дышал.

Мне стало страшней вдвойне. Алексей принялся тереться носом, глубоко вдыхая в себя мой аромат, шепча при этом охрипшим голосом:

— Боже, как же ты вкусно пахнешь, маленькая.

В какой-то момент показалось, что я схожу с ума, что я в каком-то дурном, совершенно неправильном сне, но стоило Алексею укусить меня за сосок сквозь футболку, как эти мысли вылетели из головы. Я рычала в прямом смысле этого слова, извивалась словно уж на сковороде, только все усилия были тщетными. Его руки скользили по моему телу, трогали и взвешивали груди. Его рот целовал моё тело, а я лежала не в силах это исправить.

— Не могу насытиться тобой! Мне мало! Понимаешь, Ода? Я болен тобой! — дико было слышать эти признания, но что я могла поделать.

Это издевательство продолжалось ещё несколько минут, пока его телефон не ожил. «Слава Богу, он не перешёл финальную черту».

— Да? — прорычал он в трубку. — Это обязательно?

Разговор продолжался всего ничего, но после него Алёшка побледнел и резко вскочил с кровати. Заходил из угла в угол. Я видела, что он нервничает.

— Вот падла! — раздражённо проговорил он, словно меня и нет здесь. — Ну копай, копай, посмотрим найдёшь ли ты меня!

Неожиданно брат поднял свои прозрачные глаза и посмотрел на меня.

— Я не забыл про тебя, — словно читая мысли, произнёс, наконец, он. — Мне нужно уйти! Снова уйти! Но я приду и мы продолжим.

Затем он вновь опустился рядом и поцеловал меня в щёку.

— Знаю, ты думаешь, что я сумасшедший. Так и есть! Я такой из-за тебя, — погладив на прощание по голове, он покинул комнату, так и не освободив мои руки и ноги.

Его не было больше суток. За это время я перестала чувствовать своё затёкшее тело, сходила под себя и, вообще, кажется сошла с ума. Всегда считала, что жила в кошмаре, но на самом деле самый настоящий кошмар начался лишь недавно. Знала ли я, что вот так повернётся наша жизнь? Что брат станет убийцей и насильником, а я жертвой обстоятельств?

То и дело я проваливалась в беспокойные сны, лишь бы перестать чувствовать неприятные, ставшие уже болезненными, ощущения. Как раз в один из таких моментов я упустила небольшой шум, который раздался в квартире. Не придала этому значения, так как боролась с болью в теле и вообще находилась на грани сна.

И только когда дверь отворилась, а в комнату вошли трое мужчин, я открыла глаза и от страха чуть не потеряла сознание. Алексей настолько отравил мой мозг, что мне чудилось, будто эти трое сейчас меня изнасилуют. Я принялась вертеться в разные стороны, как только заметила, что мужчины двинулись ко мне. Я бы завизжала, позвала на помощь, только рот по-прежнему был заклеен. И тут мне на лицо опустилась какая-то мокрая тряпка. Сначала я даже не поняла что это, но потом сознание начало ускользать от меня.

Июль 2020 года.

Марк.

Я приехал домой в обед и сразу прошел в спальню к сыну, но его там не оказалось. Что-то похожее на неприятное предчувствие сразу отразилось внутри. Нет, я знал, что с ним всё в порядке и его никто не похитил. Охрана по периметру дома была надежной, к тому же с сыном должна находиться гувернантка. Только где они? Отчего-то закралась мысль, что возможно ребёнок захотел подняться в мою спальню и тогда я рванул туда, но и так их не оказалось. В груди поднимались волны гнева и волнения. Пару минут я просто стоял, пытаясь задушить в себе эти эмоции, пока не услышал Сашкин смех.

Тихий, немного робкий и до безумия родной.

И тут до меня дошло откуда именно доносится его смех. В один миг гнев перерос в неконтролируемую ярость и сорвавшись с места, я очутился возле комнаты девки. Со всей дури толкнул дверь, напугав и сына и эту тварь.

Остолбенел. Я пребывал в таком шоке, что даже не описать. Сын сидел рядом и жался в испуге к её животу. Девчонка же стиснула Сашку в объятиях и смотрела своими глазищами на меня.

Что я видел там? Всепоглощающий ужас, неконтролируемую панику и много ещё чего.