Андрей смотрит мне в глаза.

— Виктор думает, что я его предал. У нас был план как выручить тебя, но… — Логинов закатывает глаза. — Я вместо этого я спас дорогого мне человека. Готов был умереть, но вытащить ее. Надеюсь, ты понимаешь.

Киваю. В груди вдруг становится пусто. А вот за мной никто не пришел кроме маньяка Виктора.

— Виктор с детства никому не верит, — продолжает Логинов. — Я с огромным трудом заставил его открыться мне. Но после того, как я воспользовался нашим общим путем побега, не дождавшись вас, из союзника стал для него вторым сортом.

Логинов вздыхает.

— За мной гнались эти люди, Анжелика. Именно поэтому одежда в стирке. Мне пришлось отлеживаться в яме на обочине дороги.

Передергиваю плечами.

— И он не предложил тебе ничего?

Мне Виктор хотя бы дал футболку и боксеры.

Логинов снова отводит взгляд.

— Я попал сюда только потому, что знал, как тебе помочь. Шесть лет я консультировал как сексолог, но по образованию я медик. Врач-психиатр. И Виктор разрешил мне остаться с тем условием, что я буду тебя лечить.

— Какого черта ты в неглиже?! — я приседаю, услышав голос Виктора.

Прямо припадаю к крышке стола, сердце заходится в бешеном ритме.

— Это же так называется? — хозяин входит в комнату и бросает на психолога злобный взгляд. — На хрена он это сделал, Лик? Если яйцами перед тобой посверкать, я его прямо сейчас укокошу.

У меня язык прирастает к небу. Я слишком четко вспоминаю Макса с его бешеной ревностью.

Виктор приближается к Андрею, одним ловким движением хватает его за руку, выворачивает ее. Я знаю этот болевой захват…

— Лик, ну чего?

Я перестаю дышать. Перед внутренним взором несдержанные уроды из клуба.

Я была виновата в каждом лишнем взгляде, слове, движении. Я не имела права на мнение. Мне не разрешалось говорить.

Андрей шипит, но не сопротивляется как будто опасаясь еще больше разозлить Виктора и тут я вспоминаю слова хозяина: психолог от него зависит.

— Какого хера, Логинов?! — орет мой новый хозяин.

— Вик… Виктор. Она не ответит. Ты ее напугал! Отпусти!

Вместо ответа Виктор бьет Логинова головой о стол.

Боль психолога отдается болью в моей душе. Я словно чувствую ее сама. Я просто не могу двинуться.

— Лик?! — Виктор смотрит мне в глаза. — Что не так?!

— Ты ведешь себя как они… — шипит Логинов. — Она испугалась…

Виктор вжимает его сильнее в столешницу. Я вскакиваю.

— Нет!

Хозяин отступает, впрочем, продолжая держать Андрея за волосы.

— Что «нет», Лика?

— Он не приставал, просто застирал одежду потому что провел ночь на обочине дороги! Казнить или миловать, — мой мозг работает гораздо быстрее привычного. — Миловать, ладно?

— Пфф… — выдает Виктор, пиная психолога в ногу, но, впрочем, выпуская его волосы.

Логинов отрывается от стола.

— Ты правда считаешь, что я мог попытаться соблазнить девушку, которую полтора года принуждали к отношениям? — проговаривает он на одном дыхании. — За кого ты меня принимаешь?

Я выдыхаю так шумно, что оба мужчины разом оборачиваются ко мне.

— Успокойся, — говорит Андрей. — Просто вспомни наши сеансы. Ты знаешь, кто я такой.

Господи-боже, я попала к маньяку, у которого есть свой психоаналитик!

Виктор смотрит на биту, которая в этот момент выкатывается из-под стола. Я отправляю ее обратно мыском.

— Заканчивай свои сказки по Фрейду, — в тоне Виктора сталь. — Ни хера ты не доктор, обычный хрен с горы, которого волнуют только свои яйца. И я имел мудачество один раз тебе доверится. На твое счастье, такие как я в огне не горят и в говне не тонут.

— Я…

— Сидеть! — на скулах хозяина ходят желваки. — Или от тебя будет польза, Логинов, или пойдешь в расход.

Логинов опускается на стул. Он похож на дрессировщика, опасающегося провоцировать разъяренное животное.

Виктор смотрит мне в глаза.

— Логинов утверждает, что умеет лечить хандру, страхи, тревогу. Он за это бешеные бабки брал в Питере. Теперь он во всех смыслах твой. Делай, что хочешь, разумеется, кроме интима.

После этого хозяин оборачивается к Андрею.

— Если она за месяц не повеселеет, я решу, что ты снова меня обманул.

Воцаряется молчание.

Виктор напоминает мне арабского шейха, который решил сделать подарок любимой жене. Он вернул мне жизнь, но он хоть понимает, что кроме этого мне нужна еще и свобода?