Они с Эвой проговорили почти без остановки несколько часов подряд, и к этому времени уже перешли на «ты». Наверное, подобное могло бы стать отличным началом крепкой дружбы, не будь между ними такой разницы в положении. Мор поднялся, чтобы нагреть воды для чая, бросил взгляд на часы на стене и обнаружил, что уже четверть пятого.

Да, она же хотела позвонить!

— Пойдем на телефонный пункт, или еще рано? — спросил он.

Можно было сразу отвести Эву к отцу: у него есть аппарат. Но почему бы не прогуляться? Показать ей что-нибудь интересное, чего она никогда не увидит, потому что совсем не знает Стену. Тут, конечно, красивого мало. Но любопытные места есть.

Эва подняла голову от чашки с киселем.

— О! Да, самое время! Папа точно уже вернулся с пародрома. Мне неудобно, что я отнимаю столько твоего времени. Я очень тебе благодарна, не представляю, что делала бы дальше без помощи.

— У меня на сегодня планов не было. Так, хотел дособирать сустав, но он никуда не денется: я уже неделю им не занимаюсь, и день ничего не изменит. Пошли.

Они поднялись на четвертый уровень, дошли до двери, гравировка на которой гласила «Телефония». Красивая девушка со строгой прической приняла у Мора тридцать лидов и предупредила:

— Три минуты, потом я вас прерву.

Эва одна прошла в кабинку. Но, стоя снаружи, он слышал все ее фразы.

— Здравствуйте, Хлоя, это Эва. Почему у вас такой странный голос? Вы сказали об этом папе? Странно. А он звонил? И Даффи тоже? И Герта? И Дэн? А Кассида? Это очень странно. Всем вам нужно принять порошок против простуды, ложка на стакан теплой воды и лечь. Откройте… что? Что значит погром? А вы его спросили? На моей Детрии?! Нет, я не знаю. Я даже не знала, что он в городе. Я? Я в Стене, и не могу отсюда выйти. Долго рассказывать. Хенри и конь где-то в Оссенском округе… Хлоя? Хлоя? — Эва выскочила, схватила его за руку. — Можешь попросить соединить меня снова? Дома творится что-то странное.

Мор достал из кармана еще тридцатку и протянул в окно телефонистки.

— Хлоя, вам плохо? Да, разъединили. Нет, не могу, Стена закрыта. Не знаю. Хлоя, послушайте внимательно! Поднимитесь в мой кабинет, достаньте из бюро серую коробку. Там порошки от простуды, антипирин, и средства от кишечной колики, на пакете написано «При спазмах, каждые четыре часа». Кассиде дайте две пилюли. Да. Две. Водой. Нет, можете не запивать, если тошнит. О, скорее бы папа приехал! Передайте ему, где я. Скажите, что со мной все в порядке, я в гостях у Брайсов. Да, он их знает. Нет, они в Стене, не в городе, я же вам только что… Хлоя? Хлоя? — она выглянула из-за дверцы кабинки. — Девушка, соедините нас снова, прошу.

— Там не отвечают, — раздраженно ответила ей телефонистка. — Не отвечают, но вас слышат.

Эва повесила микрофон и динамик на крючки и вышла к Мору. Огромные темные глаза ее прищурились, брови сошлись, лоб расчертила морщинка.

— У меня такое дурное предчувствие, — она потерла двумя пальцами переносицу. — Дома все чем-то отравились. Хлоя, наша экономка, кажется только что лишилась чувств. Папа еще не вернулся. Заезжал брат…

Мор подставил Эве локоть и вывел ее наружу. Телефонистки, как он слышал от сестер, жуткие сплетницы, а эта и вовсе не вызывала симпатии.

— Карл устроил в папином кабинете погром, — продолжила Эва уже в дверях. — Хлоя говорит: все вещи на полу, разбито зеркало. И он пытался вскрыть папин сейф. И постоянно кашлял. А уходя он ударил Герту, которая обратилась к нему с вопросом. Мор, ты можешь уговорить отца как-то выпустить меня? Мне нужно домой. Срочно.

Он остановился и задумался. Самое время рассказать ей о причине ночного визита доктора Эллусеа. Это ее не успокоит, конечно. Зато успокоит его: не рассказывая Эве правды Мор чувствовал себя лжецом. Если она будет знать об опасности, то может оставит попытки рвануть в город?

Да, наверное, нужно рассказать сейчас, а не когда она, не приведи Творец, заболеет. Раз уж эпидемия начинается… Но точно не в коридоре четвертого яруса.

— Пойдем, — он увлек Эву к лестнице.

В молчании они вернулись назад в его тесную полутемную квартиру. Мор молча предложил Эве стул, сам сел напротив.

— Господин Эллусеа приезжал ночью, чтобы обсудить с моим отцом чрезвычайное происшествие на водонапорной станции. Кто-то вылил в цистерны гремучую смесь микроорганизмов и вирусов, похищенную из университетской лаборатории. Стену тут же переключили на резервное снабжение из скважины. Такой функции для Стэнвенфа не предусмотрено. Поэтому скоро начнется эпидемия. Стена в наших секторах закрыта из-за этого. Никто не выпустит тебя. Даже мой отец. И особенно мой отец.

Он заметил, как Эва сжала кулаки и поджала нижнюю губу.

Тори не мог взять в толк, почему уже ко второму заезду пародром опустел почти наполовину. После третьего сошел с дистанции его главный конкурент — Саймон Треж и несколько гонщиков «мелкой лиги». Так они окрестили ребят, которые никогда не занимали призовых мест. Очевидно, их выпускали на трассу для создания массовки, потому что в последнем сезоне призовые места делили между собой только три человека, одни и те же из раза в раз. Да и куда «Детриям», даже улучшенным, состязаться с навороченными «Хаденсами» индивидуального заказа?