– Почему ты обижен на меня?
– Наверное, самый глупый вопрос, который когда — либо слышал Рауль, от чего у него слегка приоткрылся рот от шока. Издевается? Шутит, используя черный юмор? У него есть веское основание и ненавидеть ее, и быть обиженным.
– Не отвечай, потому что я сама скажу! Мои слова задели тебя за живое, Рауль, ранили и причинили боль, верно? Ты запомнил их и не выбросил из головы, несмотря на то, сколько прошло лет. Почему? Потому что ты человек, умеющий чувствовать и обижаться. А я? Разве я не человек? Моя боль тоже до сих пор не утихла...И воспоминания о том, как я застала тебя в постели с другой женщиной не дают мне покоя. Ты первый пустил пулю, а я лишь сделала ответный выстрел.

– Ты с ума сошла?
– ошарашенно пробормотал Рауль, резко поставив ее на ноги и закружив, как того требовала музыка, по кругу.
– Какая женщина? Я никогда не изменял тебе, Саманта! Никогда, слышишь? Ты знаешь, что я не лгу сам и не терплю ложь от других. Не буду скрывать, что после нашего расставания я переспал со многими женщинами, но это было ПОСЛЕ…

– Ложь!
– яростно возразила девушка, позволяя ему приподнять ее, оторвав от земли, машинально обвив его шею руками, чтобы не упасть. Саманта не догадывалась, почему в голубых глазах нет ни капельки раскаяния или страха. Непонимание. Растерянность. Проблески зарождающегося гнева. Он не чувствует вины? Считает это плевым делом переспать и изменить невесте?
– Я лично видела тебя в постели с рыжеволосой горничной! Твой покойный друг, Джозеф, любезно пригласил меня полюбоваться на то, как ты перед нашей свадьбой развлекаешься! Я все видела, Рауль!

Прежде чем побледневший Рауль успел ответить, музыка стихла, и он осторожно поставил ее на твердую поверхность, снимая маску. Саманта инстинктивно подалась назад. Желваки заходили на скулах мужчины, а взгляд, казалось, был устремлен на нее, но смотрел он на что — то другое, будто дымка воспоминания дымкой застелила его глаза.

– Я не изменял тебе, Саманта!
– четко и по слогам проговорил мужчина, от чего она проглотила подступивший к горлу ком.
– Ты видела то, что хотели, чтобы ты увидела другие. Ты видела то, что тебе показали, а не реальность, потому что действительность отличается от фарса.

Он лжет! Врет! Однако уже и разум слился с внутренним голосом, уверяя, что Раулю Дюмону нет выгоды в наглом обмане, так как спустя многие годы они встретились не случайно. Судьба свела их, дабы поставить жирную точку в конце, но...нужен ли Саманте конец, о котором, если Рауль прав, она будет сожалеть не десять лет, а всю жизнь.

– Не трогай меня!
– женский визг разорвал напряженное повисшее молчание, и Рауль с Самантой быстро обернулись, став свидетелями разыгравшейся в нескольких метров от них драмы. Светловолосая девушка упиралась ладонями в грудь темноволосого парня в черном костюме, силясь его оттолкнуть, однако он продолжал сжимать ее в железных тисках. Если Рауль признал в ней Марию Канарис, то глаза Саманты расширились от удивления. Белая маска, подобранная ее дизайнером, и дорогой смокинг от кутюрье...Все эти вещи Энрике специально заказал из Милана для праздничного вечера, и сейчас парень, пристающий к отбивающейся девушке, был одет именно в них. Неужели ее сомнения окажутся верными?..

До того, как Саманта собралась двинуться к паре, Рауль уже ринулся к ним, при этом пребывая отнюдь не в добром настроении. Злость на покойного друга, обида за незаслуженное предательство, ярость и гнев взорвались в нем вулканом, извергая наружу лавину бешенства.

– Раньше ты таяла от моих прикосновений, -неразборчиво бросил Энрике, выдавая истинное пьяное состояние. Когда он напился — они пришли на вечеринку недавно, и он не отходил от Саманты? Видимо, ему удалось выкроить момент во время танца невесты и Рауля.

– Энрике, отстань от меня!
– закричала Мария, ухитрившись вырвать из его плена руку и залепить оглушительную пощечину, на миг повергнув парня в ступор. Она выскользнула из ненавистных объятий, однако в следующую секунду в ее запястье, подобно острым клыкам, впились пальцы Энрике.

– Дешевая дрянь!
– выплюнул он.
– Все вы такие, женщины! Из грязи в князе, да, Мария? Нашла богатого любовника и ублажаешь его, если удалось попасть на прием к самому князю Монако? Спи, сколько хочешь, с кем угодно, но ты всегда будешь грязной и дешевой шлюхой! Испанская шлюха! Конченная дрянь!

Мария зажмурилась, прикусив нижнюю губу, и ожидая удара, тем не менее его не последовало. Занесенный на нее кулак был перехвачен загородившим девушку Раулем. Энрике вмиг опустил плечи и испуганно начал озираться вокруг. Собравшаяся около них толпа гостей увлеченно наблюдала за назревающей дракой, словно посетители кинотеатра. Впервые в особняке Адриана Николя Дюмона, на террасе, где и происходили все торжества, намечалась разборка двух мужчин из уважаемых и обеспеченных семей.

Энрике Вальдес, тая тщетную и глупую надежду, что если он снимет маску, то конфликт будет улажен, столкнулся с неожиданным поворотом. Рауль еще больше озверел, распознав в нем не только должника, но и жениха Саманты, а так же и...

– Какие у тебя проблемы с ней, Энрике? Не трогай меня, Адриан! Разве ты не видишь, что я с ним разговариваю? Как ты назвал её? Не трогайте меня, черт побери! Я хочу, чтобы он повторил, как назвал её! Подонок!..

Адриан, подскочивший к брату с намерением образумить его, шокировано следил, как Рауль без лишних церемоний заламывает руку парня за спину и беспощадно наносит ему первый удар в лицо. Затем — второй, третий, при этом он настолько увлекся, что оттолкнул и захотевшего их разнять Адриана. Никому и не было известно, что, безжалостно избивая Энрике, повалив его на землю и сев на него, Рауль желал наказать собственную судьбу, представляя, что перед ним злая участь в облике человека.