в четыре часа утра увидеть с противоположной стороны двери Дерека, она почему-то

даже не удивилась, когда заметила его ссутулившуюся фигуру.

— Что случилось? — спросила она, жестом приглашая его войти. Рубашка была

расстегнута на горле, спереди болтался развязанный галстук, волосы стояли торчком,

словно по ним проводили рукой в десяти разных направлениях, глаза выглядели такими

усталыми, что это почти разбивало ей сердце.

— Прости,— пробормотал он, переминаясь с ноги на ногу на пороге. — Я не..., — он

замолчал. — Я не знаю, куда мне податься.

Все печали и растерянность Лондон, с которыми она вела сражение в течение дня и

собиралась отправить в постель, растворились, достаточно ей было только взглянуть на

«изнасилованную» версию Дерека. Усталость так и чувствовалась в каждой его клетки, и

сочувствие Лондон, которое она так сильно старалась скрыть своей эффективной,

гламурной внешностью, прорвалось наружу.

— Заходи, — прошептала она, взяв его за руку и ведя за собой, как маленького ребенка,

вверх по лестнице. — Давай вымоем тебя, и потом ты мне расскажешь, что случилось.

Лондон включила душ в ванной комнате и повернулась к Дереку, который сгорбился над

столешницей. Она встала перед ним, расстегиваяего рубашку, скользя пальцами по его

коже, пока снимала ее с плеч. Он вздохнул, как только ее пальцы дотронулись до его

горячей кожи, и вызвали дрожь, положив голову ей на плечо и растворяясь в каждом ее

движение и жесте. Она положила руку ему на грудь, и жесткие волоски покалывалиее

чувствительную кожу на ладони. Другуюрукуинстинктивно запустив ему в волосы, как бы

утешая, воркую на ухо слова успокоения.

Он наконец поднял голову, вглядываясь в ее красивые глаза, и боль в его глазах вызвала

ее собственную боль у нее в груди.

— Все будет хорошо, — сказала она ему, хотя была не уверена, что это правда.— Я

оставлю одежду на кровати. Возьмешь то, что тебе понадобиться. — Она нежно чмокнула

его в губы и выскользнула из ванной комнаты.

* * *

Спустя двадцать минут Дерек вошел на кухню, одетый в белый хлопчатобумажный халат,

который она прихватила из спа-путешествия с Джоанной.

— Хорошо, что этот размер подходит всем, — она явно язвила, всматриваясь в открытую

загорелую грудь, которая была видна в развороте махрового халата.

— Да, сегодня мои вещи прошли через многое. Мне ненавистна сама мысль, надевать их,

— Дерек слегка улыбнулся, и она увидела, что он немного пришел в себя.

— Хочешь чаю? — спросила она, включая электрический чайник.

— Звучит неплохо,— ответил он. — Кофеин не удержит меня, чтобы заснуть.

Она готовила чай, стараясь не обращать внимание на его взгляд, пристально следивший за

каждым ее движением, раздевающий. Чайник закипел, и она повернулась,уставившись на

Дерека, сидящего за кухоннымостровком.

— Спасибо,— ответил он совершенно серьезно, чуть не заставив ее заплакать.

— Пожалуйста.

Он глубоко вздохнул, заливаякипятком пакетик в своей чашке. — Прости, что я разбудил

тебя и вторгся в твой дом.

— Не извиняйся, я не могла заснуть, — она попыталась улыбнуться.

Но он смотрел на нее печальными глазами и молчал.

— Ты расскажешь мне, что произошло? — спросила она.

Он напрягся, и она сразу же пожалела, что спросила.

Поставив локти на столешницу, он посмотрел на нее сурово и решительно сжав губы,

прежде чем сказать:

— Была предпринята попытка покушения, — резко произнес он. — Кто-то стрелял в

Мелвилла.

— Боже мой,— с трудом выдохнула она, прикрывая руками рот в испуге.

— Он жив, но находится в тяжелом состоянии. Он садился в свою машину с женой.

Лондон с шумом выдохнула, у нее сжалось горло, словно начался спазм.

— Насколько я понял — стреляли с третьего этажа из соседнего здания. Это была

спланированная акция, стрелял профессионал. Снайпер.

— Кто?— прошептала она. — Кто это мог быть?

Дерек вздохнул и поднялся со стула, обходя кухонный островок и направляясь к ней. Он

обнял ее за талию, проводя своим широкими ладонями вдоль поясницы, его тепло