— Дамочки, надеюсь, вы захватили с собой запасные трусики, потому что сегодня прямо здесь парни, которые сведут вас с ума и сделают влажными. Старина Джо думает, пришло время поприветствовать на этой сцене наших любимчиков, рокеров из D... M... F!!! — кричит он в микрофон, вскидывая кулак в воздух, а девчонки просто визжат как умалишенные. Это выглядит немного жалко, что они теряют голову из-за какой-то группы, выступающей в подвале, и ведь многие из них выглядят приличными и даже трезвыми. Морган вскидывает бровь и переводит взгляд на меня.

— D.M.F? Это твой парнишка?

Я не говорю ни слова. Растягиваю рот в улыбке до ушей, потому что, блин, Люк Рид похоже вполне может быть моим парнем и это здорово, черт побери. Я снимаю пальто и направляюсь к скучающему за стойкой гардеробщику. Кладу его на прилавок и ослабляю шарф на шее, игнорируя тот факт, что Морган пялится на меня во все глаза — точнее, на прозрачное шелковое зеленое платье, которое было под моим пальто.

— Что, черт возьми, это такое? — требует она ответа.

— Это называется платье, Морган. Уверена, у тебя под пальто скрывается точно такое же, поэтому ты должна знать.

Она показывает мне язык.

Морган снимает пальто с искусственным мехом и под ним оказывается маленькое черное платье, которое облегает ее во всех нужных местах, а также имеет во всех нужных местах разрезы и блестки. Она выглядит как рок-богиня со своими соблазнительными волосами и в этом убийственном наряде. И особенно в кожаных байкерских ботинках, которыми она завершила образ. А мои конверсы, я подозреваю, не сочетаются с платьем, ну и что? Главное, мне удобно.

Ликующий рев толпы перекрывает грохот музыки. По покалыванию в моем затылке и ошеломленному виду Морган я понимаю, что Люк и его ребята поднимаются на сцену. Я переплетаю свои пальцы с пальцами Морган и тащу ее через гомонящую толпу к бару.

— Никакого алкоголя, — напоминаю я ей.

— Но мы будем тусить у бара?

Я киваю.

— Мы будем тусить у бара.

Она морщится, но это показное.

— Хорошая работа, люблю тебя, Паттерсон. И это действительно хорошая работа, потому что отсюда мне все еще их видно, — говорит она, указывая на сцену позади меня. — А ты, если хочешь, можешь идти в самый темный угол. — Она облизывает губы и проводит кончиками пальцев по затылку, а я чувствую непреодолимое желание дать ей по шее. Вместо этого заказываю две бутылки содовой и толкаю одну ей, сопротивляясь желанию оглянуться через плечо. Похоже, она читает мои мысли.

— Как тебе удается не смотреть туда, Эвери?

— Я пришла, чтобы послушать их. И могу обойтись без того, чтобы пускать слюни как озабоченная девка.

— Озабоченная девка? — давится смешком Морган. — Ладно, а я могу попускать слюнки. Проклятье, девочка! Эта четверка дико сексуальна! Их бас-гитарист — его татуировки — это что-то… они… они… везде. Мне нужно облизать их все.

Я никогда не видела парней Люка, но Морган в экстазе. А если она говорит, что они сексуальны, значит, они сексуальны. Дайте ей шанс, и она-таки оближет все чернила на коже горячего незнакомца. Я встряхиваю головой и отпиваю содовую, отбивая ногой ритм под стойкой бара.

— Привет, ребята! Как настроение сегодня? — Сердце уходит в пятки, когда я слышу эхо от микрофона, разносящееся по клубу. Голос Люка. Его стиль отличается от Старины Джо, он просто разговаривает с нами, приветствует публику, здоровается. То, что он не говорит о себе в третьем лице, на самом деле круто. Морган визжит и хлопает в ладоши, поддаваясь общей атмосфере. Я чувствую себя не в своей тарелке. Господи, это была чертовски глупая затея. Моя затея. Все нормально. Ты здесь, чтобы просто послушать музыку, он никогда не узнает, что ты здесь была. Только почему-то я уже чувствую его горящий взгляд, который путешествует по моей голой коже.

— Спасибо, что пришли, несмотря на мороз за окном. Мы бы хотели поднять вам настроение своей музыкой. Как вам такая идея?

Толпа вокруг нас неистовствует. Крики и аплодисменты Морган сливаются в общем шуме, а я сижу и пью содовую, глядя на свое отражение в зеркальной стене бара. И вижу там же клубок тел, но не сцену, к счастью.

Люк смеется.

— В таком случае мы начнем с песни, которая, надеюсь, поможет вам согреться! И пусть название вас не обманет, договорились? Она называется «Холодные руки, холодное сердце».

Мгновенная вспышка света ослепляет зал, первые аккорды льются из динамиков и зрители буквально сходят с ума. Следом вступают барабаны, и через несколько ударов Люк начинает петь. Выступление ничем не напоминает то, что было в «У О’Фланагана». Это огонь и лёд, слились воедино. Каждая нота пропитана сексом.

Люк поет на разрыв, вгоняя публику в бешеный восторг.

Я знаю девушку — прекраснее на свете нет,

Но ей всего восемнадцать лет.