В нем будто бы узнал бретонец

Напавшего на их корабль пирата,

А тот с усмешкою признался, что разбой

Чинили люди графа де Пьюзе,

С согласия и ведома его.

Мелисенда:

Коварство или бред, возможно ли понять?

И как узнать жестокого пирата

В прохожем уличном? Скорее бред.

Филипп:

Но ведь несчастный опознал его

И описать сумел подробно.

Мелисенда:

Ах, вот как! Как же выглядит злодей?

  Филипп (смущенно):

Признаться, я не все уразумел

Из слов его...

Там что-то было про змеиное лицо,

И о богатом платье дворянина...

Мелисенда:

Змеиное лицо?

Филипп:

Он так сказал.

Или, вернее, так его я понял.

Мелисенда:

И что же мой супруг?

Филипп:

Король разгневался и обвинил во лжи бретонца,

А после снова речь о золоте завел,

Да только тот несчастный рыцарь

Не видел золота, о том и рассказал.

Мелисенда:

И что же это все?

Филипп:

Нет, но поверьте,

То лучше Вашему Величеству не знать.

Мелисенда:

Не знать чего?

Филипп:

Не знать, какие муки

Бретонцу выпали и как несчастный умер.

Мелисенда:

Не знать... Я знаю слишком хорошо,

На что супруг мой в бешенстве способен.

(после небольшой паузы)

Что ж, благодарности моей

Мой друг, ты как никто достоин.

Подает руку Филиппу, тот с поклоном ее целует.

Однако даже королева

Тебя не сможет одарить

Как некий нежный, но колючий

Цветок...

Мелисенда бросает насмешливый взгляд на Катарину.

Теперь ступайте.

Филипп и Катарина, поклонившись королеве, уходят.

Мелисенда, прикусив губу, смотрит, как молодые люди скрываются за поворотом садовой дорожки.

Мелисенда:

Сколь мало милосердия во мне...

Ведь я почти хотела, чтобы

Злодей, на Гуго обнаживший меч,

Был смерти предан. Господи, прости!

Прими слепца обманутого душу,

Несчастный попросту не ведал, что творил.

Граф Яффы - покровитель негодяев,

Единоверцев обрекающих на смерть?

Вожак убийц бесчестных, что не погнушались

Жизнь отобрать у братьев-христиан

За золота сундук? Поверить в это

Мог лишь чужак, не знавший ничего.

Нет, истинный злодей - тот клеветник,

Кого назвал бретонец

Иудой со змеиным ликом.

А я скажу: и со змеиным сердцем.

Но кто он, рыцарь и христианин

Без совести и чести, затаивший

На Гуго зло?

Пресветлая и пресвятая Дева!

Мне страшно мысли собственной,

Что болью в висок стучит.

Её не отогнать,

Как ворона, учуявшего падаль.

Есть человек, который был бы рад

Избавиться от Гуго. И ему

Уже случалось действовать чужими

Руками против графа Яффы.

Король и Божьей волей мой супруг...

Ты видишь, Господи, на всё готова я,

Чтоб страшное рассеять подозренье.

Но слишком много сходится на нём...

Помчался в Яффу сам - вершить дознанье