– Ягусь, ну не сердись, ну забыл сковородку помыть. Бывает.

– А почему это каждый раз у тебя бывает?
– всё тем же медовым голоском поинтересовалась бабуся, ближе подходя к укрывающему оборотня кусту.

Тот отреагировал мгновенно:

– Не подходи! А то убегу!

– Куда?
– ехидно поинтересовалась старушка, опираясь на клюку.
– Уж не к Берендею ли?

Дальний куст грустно вздохнул и замер. На полянке воцарилась тишина, которую вскоре прервала старушка:

– Ну что, Серый, уже к Берендею побежал?

– Да ладно тебе, - горестно махнул рукой внезапно появившийся из кустов слева оборотень.

Бабуся резво обернулась и схватила Серого за ухо.

– А-а-а!
– завопил он.
– Больно!

– Это ещё не больно, - возразила Яга и несильно ударила его клюкой по спине.

– Убьёшь ведь, - скривился оборотень, тщетно пытаясь выдернуть ухо из цепкой бабусиной хватки.

Я не мог на это смотреть. Конечно, это не мужественно, но оборотня мне стало жалко. Да, он грязнуля и жулик, но так-то зачем!

– Бабуся, - осторожно дотронулся я до плеча разгневанной старушки, - ну отпустите его. Хотите, я эту злосчастную сковородку помою?

Они оба уставились на меня в немом изумлении. Яга даже отпустила ухо оборотня. А что я такого сказал?

– Ты что, дурачок что ли?
– подозрительно прищурилась бабка.

– Не дурачок, а царевич, - обиженно пропыхтел я, пытаясь понять, почему такая реакция.

– Царевич?
– заинтересованно спросил оборотень, потирая стремительно распухающее ухо.
– А какого царя сын?

– Ивана, - гордо расправил я плечи.

– А мать Алёной зовут, - уверенно произнёс оборотень.

– Ну, да, - ошарашено подтвердил я, тщетно пытаясь вспомнить хоть какую-нибудь волчью родню. Странно. Вроде нет у нас в роду оборотней.

– Так, быстро в избу, - погнала нас в дом Яга.
– Серый, забери сковороду, после обеда с остальной посудой намоешь.

Оборотень недовольно скривился, но промолчал.

Когда мы вошли в избушку, я понял, что так рассердило Ягу. Блестящие даже в тусклом свете от маленького окошечка перья валялись повсюду: на полу, столе, скамье, печи. Одно умудрилось даже застрять в щели потолка.

– Тут что, блестящих кур гоняли?
– не удержался я от вопроса.

Оборотень смущённо хмыкнул, а Яга ответила:

– Не кур, а жар-птиц. Этот паскудник опять их ночью у царя Берендея свистнул, а запереть по-хорошему ума не хватило. Вот и устроил тут мне бардак.

– Ну чего ты, - мне показалось, или в голосе оборотня послышались скулящие интонации?

– А ничего, - резко оборвала его скулёж Яга.
– Всех сожрал, или хоть одна осталась?

– Да ты что!
– вполне искренне возмутился оборотень.
– Ты за кого меня принимаешь?!

– За неряху и разгильдяя, - устало опускаясь на скамью ответила Яга.
– Давай уже обед-то. Чую, в печи большой чугун каши с мясом.

Серый метнулся к печи, смахнул с шестка пару блестящих перьев и открыл тяжёлую заслонку. Мама дорогая! Какой пошёл аромат! Как вкусно пахнет варёная зайчатина, приправленная... Стоп! Почему зайчатина? Ведь оборотень должен был сварить жар-птиц?

Судя по озадаченному лицу Яги, момент с зайчатиной она тоже не поняла. А потому ещё раз шумно втянув носом воздух, прищурила свои и без того маленькие глазки и медово спросила:

– Ты из чего это, касатик, суп-то сварил?

Разливавший по мискам ароматный, дымящийся суп оборотень, равнодушно произнёс не прерывая занятия:

– Из зайца. Вчера, когда с охоты возвращался, зайца поймал. А жар-птицы сегодня все разлетелись. Ну... кроме одной.

Он опасливо покосился куда-то в угол. Мы с Ягой разом обернулись в ту сторону. На полу в каком-то мусоре копошилась совершенно как обычная курица переливающаяся, но с изрядно помятыми перьями невиданной красоты птица. Вернее, она могла бы быть красивой, если бы не встрёпанный, перепачканный её вид. Перья частично отсутствовали, частично торчали и практически не блестели из-за потёков грязи.

– А эта почему не улетела?
– растягивая слова, произнесла Яга, поворачиваясь к оборотню.

– Ну-у-у...
– замялся он.

Глаза оборотня воровато забегали из угла в угол.

Бабуся демонстративно пристукнула клюкой об пол.

– У неё случайно крыло сломалось, - зачастил Серый, отскакивая от Яги к другому концу стола.

– Случайно?
– ехидно переспросила бабуся, удобнее перехватывая палку.

– Ну, когда они все тут залетали, я хотел их поймать... Ай!

Парень схватился за макушку после молниеносно опустившейся туда клюки.