Стрельба внезапно прекратилась. Я оглянулся. Больше с крыш никто не прыгал.

– Теперь точно отбились!
– Громко констатировал мужик, который недавно начинал говорить с нами.
– Что с Ильей?

– Погиб.

– Эх, мать твою...Хороший был мужик... И боец отличный.

Илья к этому времени начал дергаться. Лицо его было красным. Я сделал несколько шагов к нему и наклонился, чтобы разглядеть получше. Сука... Он что, дыхание задержал?

Этот мудак дергался еще около минуты, пока наконец не потерял сознание. Затем его грудная клетка снова заходила вверх-вниз. Долбоеб блядь... Он что, реально пытался покончить с собой, задержав дыхание?

Тем временем его боевые товарищи собрались вокруг него и склонили головы.

Я повернулся к капитану.

– Что тут блядь вообще происходит?

– РПГ, - тихо ответил капитан.

– Эй!
– Вдруг окликнул нас все тот же мужик. Видимо, он тут главный.
– Вы как сюда попали? С другой станции что ли?

– Да, - Опередил меня с ответом капитан.
– На Салтыковскую нам надо.

– Так вы Салтыковцы что ли?
– Как-то излишне волнительно спросил командир бойцов.

Я не смог понять, что прячется за этим вопросом. Обрадуется он, если узнает, что мы Салтыковцы, или застрелит - хуй его знает.

– Мы не местные.
– Ответил капитан.
– С московского метро пришли.

– Да ну!?
– Вскрикнул командир бойцов. Бойцы тоже уставились на нас, словно мы ебучие инопланетяне.
– Так значит в мире еще остались выжившие?!

– Ну разумеется, - ответил капитан.

– Ладно, давайте к нам, там все обсудим. Ох и замечательные же новости вы принесли. Мы Серегу ждали с Михалычем, но видать сегодня они уже не придут, а если придут - мутантов мы так поприжали, что до следующей ночи из своих нор не вылезут.

Мы сбежали вниз по разбитым ступенькам, в темный вестибюль метро, тут наши сопровождающие включили фонари, закрепленные на противогазах, и мы, перепрыгнув через турникеты, стали спускаться вниз по эскалатору. Внизу дорогу нам преградил гермозатвор. Один из вояк отстучал по нему прикладом автомата какой-то код, через минуту раздался дикий скрип, и огромная дверь открылась. Мы вошли внутрь и оказались на возвышенной площадке, от которой вниз на станцию вело несколько десятков ступеней. Эта позиция позволила мне отлично оглядеть территорию.

Станция освещена масляными лампами, проволокой прикрепленными к гранитным колоннам, держащим потолок (или установленным для красоты - хуй его знает, я людей убиваю, а не станции метро строю). Кроме ламп на колоннах свет давали и другие лампы, установленные в самых неожиданных местах, например, на стенах некоторых деревянных сараев.

Эти деревянные сараи выстроились кривыми рядами, образуя узкие, извилистые улочки. Прямо поверх этих сараев был надстроен второй этаж с отдельными дверьми. Узкий деревянный настил, на деревянных же столбах, позволял дойти по второму этажу до нужного сарая. На этот настил можно было попасть по криво сколоченным вертикальным лестницам.

Людей тут было много. Если не сказать - до пизды. Они слонялись тут и там, разговаривали, смеялись, ругались. Шум стоял как на рынке. Кроме разговоров я смог различить звуки игры на акустической гитаре, какие-то удары, словно рубили дрова, и металлический лязг (эти пидоры тут кузнецу замутили что ли?).

Люди были одеты во что попало - в основном в какие-то обноски по принципу, лишь бы теплее было. Теплые куртки, спортивные штаны, заправленные в шерстяные носки, шапки, шарфы. Бля, на некоторых даже ватники надеты - где они их взяли вообще?

– Ну что, вам, наверное, на сегодня хватит приключений, да бойцы?
– заговорил седобородый старикан, стоящий рядом со мной.

Сначала я от неожиданности захотел переебать ему в ебло с локтя, но потом понял, что это тот самый командир, с которым мы уже общались, просто без противогаза.

– Давайте чаем вас горячим напоим, да спасть уложим, а поутру уже поговорим обо всем. Как вам?

– Эээ...
– начал я, не зная, как сказать, поделикатнее, чтобы он свой чай ебаный, себе в очко запихал.

– Это ты хорошо придумал, отец, - опередил меня капитан.
– Кто ж от чая горячего отказываться станет?

– Правду говоришь, - усмехнулся командир.
– Я вас нашим специальным угощу. Вы такого еще не пробовали. На грибах настаиваем. Эти грибы только у нас на станции и выращивают. Раньше по всему метро о нашем чае молва ходила...

– Это заебись, - оборвал я его.
– Давай побыстрее пойдем похуячим чайку твоего. Пить хочу - умираю.

И я быстро стал спускаться по лестнице, не оставляя им никаких вариантов, кроме как последовать за мной.