– Нет, это же не ты его завалил, а вирус. Кстати, я тебе решил пушку дать, - перевел тему он.

– Волновую?
– обрадовался я.

– Не совсем, - капитан убрал руку в карман своей разгрузки, достал оттуда какой-то небольшой, белый цилиндр с изогнутой рукоятью и передал мне.

– Что это за хуета?
– Спросил я, с презрением разглядывая эту хуету.

– Это парализатор.

– Нахуя он мне?

– Парализовать.

– Кого?

– Кого хочешь, кроме меня.

– Ну, спасибо. Давно мечтал о такой штуке. Ты что ебнутый? Нахуя мне этот кусок говна? Если я захочу кого-то обездвижить, я могу свернуть ему шею или прострелить башку из пистолета.

– В том то и дело. Тебе будет полезно научится держать себя в руках и не убивать всех налево и на право.

– Ты знаешь меня всего ничего, с какого хуя, ты решил, что я убиваю всех налево и на право, блядь? Не помню, чтобы я при тебе кого-то убил без веской причины. Или блядь, если пидоры стреляют в меня из автоматов, это еще не достаточная причина чтобы их ебнуть?

– Достаточная. Но я не об этом. Короче, вспомнишь свою жизнь - поговорим.

– Я помню свою жизнь. Я Сталкер...

– В это я уже верю. Но ты думаешь, что Сталкеры это могучие защитники метро, так что тебе еще предстоит вспомнить кто они на само деле.

– Ну, раз ты блядь теперь веришь, что я Сталкер, так может ты поверишь и в то, что под ними половина красной ветки?

– Не поверю, потому что это чушь. Я знаю, что Сталкеров больше нет, потому что я был в их поселении, когда их не стало. И я верю, что ты Сталкер, потому что видел клеймо у тебя на лопатке, когда тебя оперировали.

– Какое еще блядь клеймо?

– Сталкерское клеймо. Обычно это надпись: «Сталкер» и различные дополнительные обозначения, говорящие всегда только об одном - о количестве убитых. Я не сильно разбираюсь в этих обозначениях, но твое означает что ты никого не убил. Во всяком случае после посвящения.

– Это какое еще обозначение?

– Никакое. Ты не заслужил ни одного.

– Так и какого блядь хуя ты тогда уверен, что я убиваю всех подряд, если видел тату которая означает, что я никого не убивал?

– Во-первых не тату, а лазерное клеймо, а во-вторых... это не твое дело. Просто постарайся почаще применять парализатор и пореже - летальное оружие. Сам заметишь, как люди к тебе потянуться.

– Пусть к хую моему потянуться.

– Только если ты будешь угрожать им парализатором. По своей воле никто к китайскому члену, размером с мизинец, не потянется.

– Ха-ха-ха, блядь. Очень блядь смешно. С десяти лет не слышал шуток про маленькие члены. Пошел в пизду короче.

Я развернулся, сделал несколько шагов в направлении люка, затем развернулся снова и со всей дури пнул капитана в спину. Этот уебок с воплем полетел вниз. Потом я услышал удар и хруст. Я поссал на его труп с края крыши и пошел спасть абсолютно счастливым - больше никаких ебаных историй и тупорылых шуток пятисотлетней выдержки....

Как жалко, что я так не сделаю. Хоть он и заебал меня, но пока что мне нужен мой ебучий антидот. Как только я его получу - капитану пизда.

Дни тянулись очень медленно. Ебучий поселок огородников заебал до поросячьего визга. Или до слез. Или до волчьего воя. Короче сильно заебал. Капитан не хотел уходить отсюда, пока я не выздоровею окончательно. Кажется, это просто предлог, чтобы подольше тут задержаться, потому что я уже давно здоров. Швы сняли, раны не кровоточат. Пока еще болит бок и спина, но уже терпимо.

Видимо этот пидр нашел себе тут бойфренда или что-то типа того, вот и не хочет уходить.

– Эй пидр, ты себе парня тут нашел что ли?
– спросил я у капитана.
– Когда уже пойдем наконец, а то... эй, сука! Это мои сардельки! А ну, положи на место и пиздуй на хуй, пока жопу тебе не разорвал!

Блядские хитрожопые огородники. Пока я беззаботно болтал с Капитаном, потеряв бдительность, одна из местных баб удумала спиздить сардельки, которые мне оставила Вера.

Кстати, мы сидим у костра во дворе. Капитан зашивает свои штаны, которые порвал хер знает где - может парень его таинственный разорвал, пытаясь побыстрей добраться до его жопы. Короче, он зашивает штаны, а я читаю книжку, которую мне Вера дала, и жду пока остынут сардельки свиные, которые мне тоже притаранила Вера. Сижу блядь, жду пока остынут, а эта жирная свинота решила их спиздить. Вот мразь.

– Ты видел это? Вот сука, да? Только глаза отвел, а эта тварь уже сосиски мои спиздить решила. Эй толстожопая! Не подходи к моим сарделькам больше! Посмотри на себя, кит ты ебаный! Жри морковку блядь. Сама уже как сарделька!

– Ну нахрена ты так на нее...
– наконец оторвался от своих штанов и иголки капитан.
– На сардельках же не написано, что они твои, а тарелку ты на другой край скамейки поставил, вот она и решила, что они ничейные.

– Ага бля, как же. Эта сука, наверняка, в засаде сидела полчаса - ждала, пока я бдительность потеряю.