— Хорошо, хорошо, — поспешила согласиться Ника — и почувствовала, как крепко вцепилась в плечо рука сестры. Еле сдержалась, чтобы ее не сбросить. — Сколько времени нужно, чтобы твои братья сюда добрались?

— Чтобы взять образцы и приехать? — Вика вытерла глаза и немного успокоилась. — Думаю, завтра к обеду будут.

Ника с торжеством покосилась на Марию. Полно времени, чтобы сбежать!

— Хорошо, мы согласны! — ответила Ника, прикрывая глаза, которые победно блестели. Эта нервная незнакомка, которая придумала целую историю несчастных сестер, могла перестараться. Но как ее уговорить про них не болтать? В голову ничего не приходило.

— Конечно, согласны, — продолжала хлюпать носом гостья. — Вы ведь без стаи и пару свою никогда не встретите! Это ужасно.

Ника привычно пожала плечами.

— Тоже мне проблема.

— Ты что! — воскликнула Вика. — Как без пары. Вы же не люди. У оборотней — главное счастье пару найти. Если не найти, будешь тосковать остаток жизни. Дни станут серыми и пустыми. Отчего волки воют при луне? Это тоска по любви. Разве… или ты не знаешь?

— Про что? — закосила под дурочку Ника.

— Что самое большое счастье оборотня — пара! Найти своего волка, и жить в гармонии, в маленьком раю до конца своих дней. Людям хватает денег и замены любви, потому что в них мало природы, а мы дети леса, нам нужна настоящая любовь, сногсшибательная, пламенная, одна и до конца времен!

Ника пожала плечами. Пятнадцать лет в стае — существуй эти пары, они с Марией давно бы знали. Нет никаких пар. Что за романтические бредни?

Виктория продолжала рассказывать:

— Вы что? Знаете, на что только не идут оборотни в поисках своей пары? Веками ищут свою единственную любовь. Днем и ночью, в жару и стужу. А если тебе уже стукнуло двести, а пару ты не нашел, все тебя жалеют. Таких оборотней несколько, их все знают, я сама живьем одного видела, Таскарния — он слонялся, как неприкаянный по гостиной и столько тоски в глазах… А есть еще один — Матай Росиати, так говорят, он ищет невесту вообще больше трехста лет! И совсем одеревенел, ничему не радуется. Вот так!

Двести? Триста?! Сестры были уверены, что проживут, как обычные люди лет семьдесят и то, если повезет. Какая-то ерунда в голове у этой Виктории, может, она не в своем уме?

— Чем старше оборотень, тем он несчастней без пары. Говорят, это просто пытка. Все они страдают.

— Угу. — Буркнула Ника. Меньше всего ее волновали страдания каких-то посторонних самцов.

— Мне их всех так жалко.

— Угу.

Понятно дело, она кого угодно до смерти может зажалеть, похоже.

— Что ты все угукаешь? Как будто тебе не интересно! А зря! Я ведь вам добра хочу. Поймите, теперь ваша жизнь изменится. Вам нужно научиться разбираться в оборотнях и стаях. Чем стаи отличаются, кто где альфа. Есть известные альфы, они даже в сети страницы ведут, каждый день селфи выкладывают. А есть скрытные. Вот этот Матай, о котором я раньше говорила, про него вообще никаких подробностей не известно, но их стаю все боятся. Вы точно не из нее.

— Почему это? — с искренним любопытством спросила Ника. Теперь, когда опасность миновала, потому что Вика ни чета озабоченным самцам, Ника расслабилась и даже болтала ногой, пока сидела на лавке.

— Они не пропустили бы рождение младенцев на стороне. Ты что! У них все там по нескольку веков живут, каждый ребенок на вес золота. Нет, вы точно не оттуда. Мне жаль.

Ника, честно сказать, не расстроилась.

— Сколько вам? — спросила Виктория.

Сестры переглянулись.

— Двадцать.

— Вы такие малышки, — теперь странная волчица почти плакала, потому что ее посетил очередной приступ горьких слез. А Ника-то думала, только у Марии глаза на мокром месте.

— А тебе сколько?

— Тридцать семь.

— Что? — протянула из-за спины Мария, Ника ничего сказать не смогла. — Ты не выглядишь на столько.

— Я же оборотень! Мы очень медленно стареем. Потому и к людям не привязываемся — они слишком мало живут. Оборотни должны жить среди своих.

Ника с Марией переглянулись — насколько они помнили, долгожителей в их стае не было. Или как посмотреть? Самки умирали рано, но почти всегда из-за родов, а самцы… кто его знает, сколько им было лет? Самцов всегда было больше, чем самок и они погибали обычно в результате драк, которые устраивали друг с другом в лесах или в результате пьянства.

— Мне вас так жалко, — повторила Виктория, хлюпая носом.

Ника вздохнула. Эта прилипчивая жалость ей надоела, поэтому вскочив с лавки, Ника бодро потерла ладони друг об друга и сказала:

— Ладно. Спасибо тебе за добрые слова и помощь. Слушай, я рада знакомству, честно, но сейчас нам с сестрой нужно огородом заниматься, так что извини. Думаю, тебе пора обратно в лагерь.

— Но вам не придется больше работать на огороде! Ваша стая будет вас содержать! — воскликнула Вика.

— Э-э-э, но нам нравится там работать.

— Как можно… — Вика сдержала вопрос и хлюпнула носом. — Ладно, и правда, мне пора. Позвоню отцу и решим, что с вами делать. Я пойду.

Она как в тумане поднялась и отправилась в сторону озера.

— Не переживай за нас и особо не ломай голову! — крикнула ей вслед Ника. — Времени полно, все наладится.

— Угу.

Виктория обернулась и помахала на прощанье, утирая слезы. Надо же, какая плакса.

Стоило ей исчезнуть в лесу, как Мария вцепилась в злосчастную занавеску и почти повисла на ней, одновременно прошептав: