– Смогу!
– раздалось у них за спиной.
– Мы летим в Оркус.

Ни на кого не глядя, Кир перелез через борт. У него больше не было кальда, не было прежних сил, и не стало напарника, но поднять левитационную платформу в воздух он был обязан. ЛП-20 лежала на бугорке, почти не выступающем над землей. Заставить ее взлететь из такого положения - задача не из легких. Даже сильному магу и опытному пилоту нужен помощник, с которым можно объединить усилия.

Кир прижал руку к пульту, и реактор послушно вспыхнул. После команды на взлет платформа, будто живое ленивое существо, попыталась приподнять голову, и вновь тяжело легла на песок, не в силах от него оторваться. Вторая попытка не принесла даже такого результата, платформа осталась совершенно недвижной. Реактор полыхал синим, рискуя сжечь себя, но ничего не менялось. Капли пота выступили на лбу Кира, ему казалось, он тащит в гору огромный груз или пытается на собственных плечах поднять платформу.

– Может, нам слезть?
– предложил Куэ.
– Без нас легче взлететь. А как только поднимаешься в воздух, мы прыгнем через борт.

Кир не ответил, зато Максим пояснил:

– Бесполезно! Платформе надо нырнуть вниз и только потом набрать высоту. Недаром же строят специальные вышки. Чтобы платформа взлетела с плоскости, нужны огромные силы, а где их взять?!

Подкралось отчаяние. Платформа многокилограммовой тушей лежала на песке, надежды гасли. Киру хотелось плюнуть в жерло реактора и уйти. Куда? Может, пойти к Океану и утопиться? Простой, не слишком оригинальный выход, зато действенный и безвозвратный. Удерживало лишь шевелившееся за гранью безнадежности и обиды понимание, что в мире существует не он один, и плохо тоже не ему одному. Есть еще Континент, который надо спасти, есть люди, которые не хотят утонуть, а самое главное, есть девушка с серебристой косой - Сирин, которая должна выжить, чего бы это ему ни стоило!

Руки дрожали. Платформа не двигалась с места. Сил катастрофически не хватало, болели отбитые ребра, колени, руки. Кир погасил реактор, поднял голову к светлому ясному небу и тихо взвыл.

– Ничего не вышло...
– донесся басовитый шепот Дирука.

Кто-то тронул Кира за плечо, он резко обернулся. Спасатели, как и прежде, сидели в уголке на скамейке, притихшие, грустные. Рядом с Киром стояла прозрачная, не видимая для постороннего глаза тень. Напарник, друг, бывший боевой маг - Риндэйл пришел оказать последнюю помощь, исполнить последний долг.

– Рин...
– еле слышно прошептал Кир.

Тень не ответила, только легкое прикосновение к руке дало понять, что пора снова разжечь реактор. Друзья встали рядом, объединив усилия, как не раз случалось в прошлом, во время войны. Кто тогда отделял живых от мертвых, если они едины в бою, кто проводил грань между жизнью и смертью, если одно и второе неразделимо?

Парные боевые маги понимали друг друга без слов. Кир ощущал энергию, которую Риндэйл направляет на взлет. Платформа дернулась, стараясь соскользнуть с бугорка, по днищу пробежала дрожь, будто металл напрягся перед броском. Медленно, очень медленно платформа приподнялась над землей, чиркнула бортом по песку, выровнялась, поднялась повыше, задевая сухие травы, упала вниз почти до самой земли, и только потом, покачиваясь, взлетела.

Незримая кисть отпустила руку Кира.

– Теперь ты сам...
– тень отступила.

– Не уходи!
– Кир хотел закричать, но получился лишь шепот.

– Не могу... мне нужно идти. Мы встретимся на Острове, за Океаном. Жизнь так быстротечна...

Тень Риндэйла скользнула в сторону Океана и растаяла, уйдя дорогой мертвых. Кир остался один. Под днищем платформы тянулось бескрайнее побережье, дул свежий ветер, но как ни присматривался Кир, напрягая эльфийское зрение, никакого Острова Счастья не видел. Наверное, он недоступен для взора живых, хотя живым Кир себя не чувствовал. За его спиной зашумели, приободрившись, спасатели.

– Я не думал, что мы взлетим.
– Удивлялся Дирук.

– А я верил. Знал, что Кир сможет!

Максим достал воду и жадно пил. Куэ вытащил очередную банку тушенки, агитируя всех пообедать. Кир стоял у пульта, не оборачиваясь, и чувствовал, как ветер холодит лицо. Платформа развернулась к югу и, наконец, легла на курс. Впереди ждал Оркус.

Глава 19.

Здравствуй, Оркус

Альвердо отказался переселяться в кабинет главы Совета даже на время, остался в своем. Здесь ему было привычнее. Таге Кнут не спеша докладывал, перечислял сколько прорвано труб, какие электросети повреждены. Альвердо слушал не слишком внимательно. Он сидел в своем любимом кожаном кресле с потертыми подлокотниками и изрядно промятой спинкой. По идее, кресло давно полагалось бы заменить, в остальных кабинетах Совета мебель была побогаче и поновее, но Альвердо не позволял выкинуть старого друга. В кресле хорошо думалось, и за все прошедшие годы оно стало почти родным.

Пока хозяйственник делал доклад, Альвердо размышлял. Ладмир Коляда до сих пор не вернулся. Крушение "Золотого Дракона", несомненно, явилось делом его рук. Взрыв поразил невиданной мощью. Что за оружие использовал Коляда, оставалось загадкой. Одно было ясно, оружие сохранилось с очень давних времен, где кипели постоянные войны, гибли люди, взрывались дома и именно там, в ужасных прошлых веках, сейчас находилась Лея. Переживания из-за жены непроизвольно отразились на лице Альвердо. Таге Кнут истолковал их по-своему, и бодро заверил: