Смоки помахал своей попой в ответ и побежал вперед.

Деревья над головой были серьезным противоречием с лавой на дороге. Как зимняя страна чудес, ветви и листья были будто во льду. Потрясающие, они были единственной вещью здесь, которая не была темной и жуткой. Они напомнили мне о ветках, которые использовались для навесов над упряжками для катания в парке Пенанса, пока они не разбились о линии электропередач несколько лет назад во время ледяного шторма, и, наверное, ушли в небытие.

Лукас тоже был поражен листвой, достигая низко висящей ветви, прежде чем я успела его остановить.

Раздалось шипение, и он отдернул руку, наклоняя её вверх. Красная линия пореза тянулась от кончика до сустава его указательного пальца. Лист упал с ветки и прилетел на землю, но вместо изящного приземления на тротуар, он с режущим звуком воткнулся в бетон. Мгновение спустя он рассыпался, оставив после себя мучнистую зеленую кучку.

– Хорошооо, жизнь местных растений беспредельна, - я шагнула назад и потащила Лукаса с собой.
– Давай двигаться.

Как будто соглашаясь, Смоки рявкнул один раз, и двинулся вперед, его тело переваливалось на коротких лапах.

Здания тянулись по обе стороны дороги настолько, насколько мои глаза могли видеть, в каждом направлении. Некоторые из них были темными, без каких-либо знаков или номеров, в то время как другие, казалось, были заняты. Ненароком я мельком заглянула в одно из окон. Фигура, напоминающая человека, что-то сутулое, клыкастое и темное в странном освещении. К счастью, все они были внутри, а мы остались, возможно, в безопасности снаружи.

Через некоторое время, Смоки остановился и повернулся, фыркнув. Через дорогу было впечатляющее цвета оникса здание с тонированными стеклами и богатой вращающейся дверью. Оно было больше, чем большинство других, его блеск был немного ярче и более выраженный. Оно простиралось в безоблачное небо тысячью мелких освещенных окон, охватывающих переднюю часть. С улицы можно было увидеть людей, или то, что они из себя здесь представляли, передвигающихся внутри.

– Корпорация Валью Фар, - сказала я вслух. Компания, на которую работал мой папа. Компания Валефара.

– Это то место?

– Это оно, - ответила я в мрачном тоне. Черная как деготь река вытянулась перед нами.
– Не знаю, как мы не собираемся пересечь её.

Лукас осмотрел территорию и вздохнул.

– Ничто не используется в качестве моста.

– Слишком широкая, чтобы прыгать.

– Можешь передвигаться по теням? Сейчас вечер. Это как одна большая тень, верно?

Я закрыла глаза и сосредоточилась на другой стороне дороги. Через несколько минут, я была уверена, что ничего не случилось, и открыла их.

– Очевидно, нет.

– И что теперь?

– Вы хотите перейти?
– глубокий, бархатистый голос, Джеймс Эрл Джонс с потусторонним протяжным звуком, заполнил воздух.

Мы повернулись вокруг. Человек, которому было за двадцать, в изношенных джинсах и коричневой куртке, стоял, скрестив руки. На нем была тревожная улыбки, и он напомнил мне о жутком уборщике в школе. Который слишком близко наблюдал за студентами в коридоре.

– Река. Вы хотите её пересечь?

– Хотим, - просто ответила я.

– Тогда это твой счастливый день, маленький демон. Я могу помочь это сделать.

Я проигнорировала комментарий о маленьком демоне. Это ведь не обидно, верно? Это то, кем я была.

– Как?

Он сверкнул злой улыбкой и дважды щелкнул пальцами. Справа от нас деготь начал плеваться. Что-то начало расти из грязи. Что-то бледное и длинное. Бетонная дорожка. Достаточно широкая для одного человека, он проделал путь от нашего конца к другому.

– Это моя работа. Думайте обо мне, как о перевозчике...
– он прокружился и поклонился.
– Только немного более стильном.

Лукас сделал шаг вперед. Он дошел до края тротуара, когда мужчина схватил его за руку.

– Конечно, вам нужно оплатить счет.

– Оплатить?
– Лукас освободил свою руку.
– Деньги?

Мужчина покачал головой и рассмеялся.

– Они не нужны. Небольшой подарок на память подойдет.

– Небольшой подарок на память, - осторожно повторила я.

– Прядь твоих волос.

– Это звучит невинно, - сказал Лукас, пожав плечами.
– Странно, но невинно.

– Что угодно, но не это, - я сузила глаза.
– Прядь волос может причинить много вреда в чужих руках.