Упали.

Мёртвыми.

МакКой повернулся к другим стенам, и я увидел, как двое или трое сообразительных стрелков бросили оружие и побежали. Я не знаю, помогло ли им это, но старик снова провел Черным Посохом по воздуху, и бандиты на той стороне поля упали замертво.

Моя крестная, увидев это, захлопала в ладоши, подпрыгивая на месте с восторгом ребенка на первом представлении в цирке.

Я на секунду замер в изумлении, шокированный. Эбинизер только что нарушил Первый Закон Магии: Не убий. Он прямо использовал магию для смерти другого человеческого существа — почти две сотни раз. Да, я знаю, что у него есть официальное разрешение делать это… Но есть большая разница между тем, чтобы знать этот факт, и видеть эту правду в действии.

Черный Посох пульсировал и мерцал от тёмной силы, и у меня возникло внезапное ощущение, что эта штуковина была живой, что она знала своё назначение и не хотела ничего иного, кроме как быть использованной, так часто и так эффективно, как только возможно.

Я так же увидел, как на руке Эбинизера вены наливаются ядовито-черным, медленно поднимаясь вверх и охватывая запястье. Он поморщился и на секунду поддержал своё левое предплечье правой рукой, потом оглянулся через плечо и сказал:

— Всё в порядке!

Дальняя серая фигура, высокая и худощавая, подняла посох. Я увидел слабый блеск металла на одном конце посоха, а затем зелёная молния окутала деревянную часть, когда он вонзил металлический наконечник в землю. Он вытащил посох, но извивающаяся длинная зеленая молния осталась. Затем он переместил посох, перевернул его взмахом руки и вонзил еще одно копье из молнии, образовав две вертикальные колонны из электричества, соединенные между собою.

Он открывал Путь.

Вспышка молнии, и пространство между двумя разрядами деформировалось и потемнело, а затем заполнилось темными фигурами, несущими мечи. В первую секунду я подумал, что они одеты в странные костюмы или, может быть, причудливую броню. Их вороньи лица заканчивались длинными желтыми клювами. Они были одеты в одежды, которые, казалось, были сделаны из перьев. Но вдруг я понял.

Существа, покрытые мягкими черными перьями, действительно были клюволицыми. В руках они держали изогнутые мечи похожие на японские катаны. Они сотнями выходили из ворот, рывками двигаясь вперед неестественно длинными шагами, которые, казалось, только технически отличались от полёта. Они выглядели смертоносными и прекрасными, грациозные и быстрые в своих безукоризненных движениях.

Дикий свет рейва отражался от лезвий их клинков и блестящих черных глаз.

— Кенку должны мне услугу, — медленно произнес Эбинизер. — Показалось хорошим случаем попросить за неё рассчитаться.

С пронзительными свистами и воплями ярости странные создания выплеснулись за пределы стадиона и в массовом порядке начали интересоваться Красной Коллегией.

На поле боя воцарился кровавый хаос! Чары летали вместе с пулями в масштабе, который я прежде никогда не видел. Каменное оружие сталкивалось со сталью. Хлынула кровь: черная вампирская, синяя кенку, но в основном алая смертная кровь. В этом было слишком много ужаса и неуместной красоты, и я подумал, что мой мозг реагирует на происходящее вокруг с какой-то отстраненностью, словно это не угрожало моей жизни или было гораздо дальше, чем в нескольких ярдах от меня.

— Мэгги! — воскликнул я, хватая за плечо своего старого наставника. — Мне нужно добраться до нее!

Он нахмурился и кивнул.

— Куда?

— Большой храм, — я указал на пирамиду. — И еще, примерно в четырёх сотнях метров от храма прицепной фургон для скота, — сказал я. — Он охранялся в последний раз, когда я его видел. Там всё были живые люди.

Эбинизер кивнул и пробурчал.

— Возьми девочку. Мы позаботимся о Красном короле и его лордах. — Старик стукнул по земле, его глаза загорелись от предвкушения. — Мы посмотрим, как этим слизистым ублюдкам понравиться жрать то, что они сами готовят.

Я крепко пожал его правую руку, одновременно сжав ему плечо другою рукою.

— Спасибо.

Его глаза вспыхнули на мгновенье, но потом он фыркнул и сдал назад.

— Забирай свою девочку, Хосс.

Старик подмигнул мне. Я в ответ моргнул несколько раз и повернулся.

Время заканчивалось — для Мэгги, и для меня.

— Крёстная, — закричал я, поворачиваясь к пирамиде.

Леа возникла сбоку от меня, её руки были окутаны изумрудным и аметистовым сиянием — её собственной смертельной магией.

— Должны ли мы сейчас продолжить поиск?

— Да. Будь рядом. Мы собираем команду и двигаемся.

Молли была ближе всех. Я повернулся к своей ученице и крикнул ей на ухо:

— Идём! Позволим продавцам птиц здесь разобраться. Нам нужно идти.

Молли рассеяно мне кивнула и окончательно опустила маленькие палочки, когда отряды кенку врубились в Красную Коллегию и сняли давление с наших флангов. Кончики её палочек, которые были сделаны из слоновой кости, покрылись трещинами и сколами. Её руки безвольно повисли, покачиваясь по бокам, и она выглядела еще бледнее, чем когда начиналась заварушка. Она повернулась ко мне, улыбнулась дрожащей улыбкой и, вдруг, внезапно осела на землю, закатив глаза.