Кремлина: Дездемона, ты куда идешь?

Дездемона: К Кристине.

Кремлина: Иди, солнышко, только шапку надень.

Лиана: Какую шапку, на улице тридцать градусов! Ребенку тринадцать лет, а ты разговариваешь с ней, как с трехлетней!

Кремлина: Не учите меня жить!

Лиана: Я тебя жить не учу. Я мнение свое высказываю.

Пьет вино.

Не вино, а говно какое-то!

Кремлина: Я тебе не нравлюсь, вино тебе не нравится, кто тебе нравится вообще?

Лиана: Бросает хороший камень.

Симпатюшню мне зар дал!

Кремлина: Муж твой точно тебя не любит!

Лиана: Почему?

Кремлина: Потому что повезет в игре — не повезет в любви! Не знаешь, что ли?

Лиана: На хрен мне нужна его любовь!

Кремлина: Швыряет котенка с дивана. Дуй отсюдова — еще лишаев твоих не хватало!

Бросает хороший камень.

Вот! Когда я тебе говорю, что четыре-ноль — это не пять-ноль, ты мне не веришь.

Лиана: Почему не верю, верю. А ты веришь в два ду-шеша* подряд?

Бросает ду-шеш. Кремлина ошеломленно молчит, глотая воздух ртом.

Ну ни фига себе! А ну, кто-нибудь, позвоните действительно моему мужу, чем он там занимается? Как-то мне подозрительно везет.

Кремлина: приходя в себя.

Чисто тварь. Сестра — тварь и зар — козлина. Елис-палис, как жить? Все, я пошла спать.

Лиана: Как спать? Вот опять она, вот опять — видит, что проигрывает, и не хочет играть!

Кремлина: А с чего это я проигрываю? Я не проигрываю. Счет всего-то три-два!

Лиана: Ты что, больная? Счет четыре-ноль в мою пользу! Уже, считай, пять-ноль! Я сухой тебе сделала. Ты просто видела, что это был марс*, поэтому хочешь уйти! Ненавижу тебя за это — никогда мне не даешь марс сделать!

Дездемона возвращается от Кристины, подходит к матери и целует ее в затылок.

Кремлина: Визгливо. Отойди от меня — тут и без тебя жарко! Достала меня своими поцелуями! Что за манера все время целоваться! Все, я ничего не знаю, мне нужно выгрузить срочно стирку, а то белье протухнет.

Встает.

Лиана: За пять минут протухнет? Сядь, доиграй, я тебя порву сейчас до конца!

Кремлина: Нет-нет, не могу.

Уходит. Из кухни слышно мат.

Лиана: Кричит ей вслед.

Ладно, успокойся, от марса еще никто не умирал!

Голос Кремлины: Что ты делаешь? Нет, ну что ты делаешь? Пошла ты, даже разговаривать с тобой не хочу после этого. Ау-у-у, ну все, пиздец пришел наволочке! Ты посмотри, что ты сделала, совсем не выжала!

Лиана: Кремлина, ты с кем разговариваешь?

Кремлина: Да с машинкой — пошла она в баню! Что хочет, то и делает. У нас в доме все так — что хотят, то и делают.

Лиана уходит кормить кур, над селом разливается солнце, а со двора еще долго слышится мат — это Кремлина ругается со стиральной машиной.

Сосед Кремлины, старый дурак Фауст, в прошлом актер, принес яблоки.

— Один яблок — пять рублей, — сказал Фауст Джульетте. — Или поцеловать дай.

— Говна тебе на лопате, — объявила Джульетта, забрала яблоки и хлопнула калиткой перед носом у Фауста.

— Как ты со мной разговариваешь? — спросил Фауст. — Ты что, не знаешь, что я ученик Параджанова?

— В прошлый раз ты говорил, что ты его соратник, — сказала Джульетта, сложив руки на огромном животе.

— Конечно, соратник! Что, разве нельзя быть и ученик, и соратник?

— А в позапрошлый раз ты говорил, что ты его учитель!

— А я и есть — немножко был ученик его, а потом научился и стал его учитель! — сказал Фауст и ушел, обиженный.

Алина с Лианой в шлепанцах и панамах собрались на море. Алина уже перестала считать, сколько дней она провела у Кремлины, и твердо решила оставаться в Апсны столько, сколько ей здесь хорошо.

— Девочки, если гулять пойдете, по правой стороне поселка не гуляйте и по левой тоже не гуляйте, — предупредила Кремлина.

— Почему? — спросила Алина.

— На правой стороне абхазы живут, — объяснила Кремлина.

— И что? — удивилась Алина.

— Мало ли что! — объяснила Кремлина, подняв указательный палец.