- Парус впереди по курсу!

 К досаде Джеймса, Галка сразу же подскочила со стула. Скривилась, побледнела, но всё-таки... Грот и косой бизань несколько сужали обзор с полуюта, и пришлось ждать не меньше часа, пока пятнышко у горизонта превратится во что-то определённое. Эшби определил судно как шхуну, причём, даже разглядел в свою трубу португальский флаг на клотике. Одиночное судно под португальским флагом в этих водах не редкость, но все знали, чем по большей части промышляют эти господа.

 - О, - Галка недобро прищурилась, выслушав мужа.
– Это как раз то, что нам нужно... Сближаемся. Просигнальте португальцам - идём с миром.

 Французы с португальцами были небольшие друзья, но капитан шхуны, прикинув соотношение сил, решил не испытывать судьбу. И просигналил в ответ, что готов принять гостей у себя на борту. Ветер не благоприятствовал ни пиратам, ни португальцам, и потому сближались они битый час. Но вскоре корабли стали на якорь, и от "Гардарики" отошла шлюпка... На сей раз Джеймс настоял на своём, и Галка осталась на флагмане. В гости к португальцу отправился он сам - в компании Жерома и шестерых гребцов. И сценка на борту шхуны скорее напоминала светский раут, чем беседу пирата с купцом.

 - Простите за любопытство, сеньор Фигейруш, - сказал Джеймс, когда они представились друг другу - беседа шла по-испански, - но капитан желает знать, какого рода груз у вас в трюме.

 - Не покажусь ли я невежливым, сеньор Эшби, если поинтересуюсь - зачем это знать вашему капитану?
– не менее любезно ответствовал португалец.

 - Есть две причины, - усмехнулся Джеймс.
– Во-первых, от ответа на этот вопрос зависит, насколько взаимовыгодной может быть сделка, которую мы намерены вам предложить. А во-вторых, нашего капитана зовут Алина Спарроу.

 - О!
– круглое красное лицо португальца вытянулось.
– Сеньора Спарроу! Я наслышан о ней! И что же уважаемая сеньора желает продать?

 - Сперва мне хотелось бы услышать ответ на свой вопрос.

 - Сеньор Эшби, ваш вопрос ...деликатного толка. Я наёмный служащий, и обязан соблюдать тайну своего нанимателя... Впрочем, - он покосился на Хайме, хитрая физиономия которого начала расплываться в ехидной ухмылке, - если вы поклянётесь не причинять вреда ни нам, ни кораблю, ни грузу, и сохранить в тайне этот разговор... Вы ведь знаете, что означают слова "чёрное дерево"?

 - Я в курсе, - кивнул Джеймс. Эвфемизмом "чёрное дерево" обозначались рабы-негры.
– Значит, вы идёте из Африки... Переход был долгим, трудным?

 - О, да, сеньор, - вздохнул Фигейруш.
– Право же, на моей "Мавританке" к товару всегда относились куда более ответственно, чем на иных кораблях, и всё же к великому моему сожалению пятая часть ...э-э-э ...груза ушла на корм акулам. Убыток, сплошной убыток.

 - Я думаю, мы сможем как-то компенсировать ваши убытки, если договоримся о цене, - произнёс Джеймс.

 - Пленные?
– нахмурился португалец. Он шёл в Сантьяго, и торговля испанцами, захваченными в плен в бою с пиратами, выглядела бы там не очень красиво. Алькальд города и сеньор губернатор скорее всего не поймут такого тонкого юмора.

 - Не совсем. Не беспокойтесь, о пленных испанцах мы позаботимся сами. Речь идёт о двадцати восьми англичанах.

 - Очевидно, эти англичане чем-то вам очень досадили, сеньор, - улыбнулся Фигейруш.

 - Можно сказать и так.

 - Сколько вы хотите?

 - Пять английских фунтов за каждого. При нынешних ценах на рынке рабов это просто даром.

 - Я должен их посмотреть, сеньор Эшби. Надеюсь, вы не возражаете?

 - Капитан будет рада видеть вас на борту "Гардарики"...

 Разумеется, сеньор Фигейруш, оказавшись на борту "Гардарики", стал воплощённой любезностью. Во-первых, перед ним скандально известная дама, а во-вторых, эта дама скандально известна как раз тем, что с невежами обычно не церемонится. Но сеньора не стала затягивать церемонию. Кивнула второму помощнику, угрюмому бородатому мужику лет под сорок, и тот послал матросов в трюм. За пленными англичанами.

 Галка готова была поспорить хоть на тысячу реалов, что Фигейруш узнал Хендерсона. А Хендерсон узнал Фигейруша. Видать, пересекались их пути-дорожки, ещё в Европе. А может быть, и в Африке. И по злорадному блеску масленых глазок португальца мадам капитан поняла: Хендерсон влип хуже некуда. Фигейруш вряд ли упустит случай разделаться с конкурентом.

 - Сеньора капитан, - церемонно проговорил португалец, плохо скрывая довольную ухмылочку.
– Сама судьба привела нас обоих в эти воды. Видит Бог, я давно точил зуб на этого проклятого англичанина, а вы делаете мне такой подарок! Пять фунтов? Я готов выложить все пятьдесят за одного только этого мерзавца, который...