Солнце едва миновало зенит, когда шлюпки с "Гардарики", "Амазонки" и "Ле Арди" пришвартовались к чёрно-золотому борту гиганта "Сварога". А там их уже встречали - Билли, Геррит, Влад, Дуарте, де Графф... Словом, вся весёлая компания закатилась в огромную капитанскую каюту поделиться новостями и отпраздновать встречу, пока матросы праздновали то же самое на палубе: по приказу Билли из трюма извлекли пять бочек рома, а кок с помощниками уже старался насчёт закуски.

 - Ну, теперь-то рассказывай, Воробушек, чего вы там в Версале так долго делали, - смеясь, затребовал Билли, когда шумная компания, состоявшая из господ капитанов и офицеров, расселась по стульям и табуретам.

 - Делали?
– покривилась Галка, остыв от веселья: встреча с друзьями - а ведь это не просто пиратская тусовка, это действительно была компания друзей - её неподдельно обрадовала.
– Да ни хрена мы там не делали, если честно. Спали, ели, гуляли по парку... Правда, кое-кто времени даром не терял. Уж не знаю, скольким знатным фамилиям шевалье де Граммон там понаделал наследников, но коллекция батистовых платочков в его каюте впечатляет, - добавила она под всеобщий хохот. И громче всех ржал сам шевалье.
– Мне пришлось чуть не каждый день заниматься политикой в обществе его величества и министра Кольбера. Занятие не из приятных, но парочку полезных бумажек я привезла. Надеюсь, месье Аллен обрадуется. А в остальном - ничего интересного. Есть места получше и компания поприятнее... А вы тут как, братва? Что там дома?

 - Да всё, можно сказать, в порядке, - Билли откинулся на спинку стула, и только сейчас Галка заметила: у него при поясе болталась не абордажная сабля, а великолепный восточный клинок, украшенный замысловатой вязью арабских письмен.
– У немца, правда, что-то в оружейной мастерской рвануло, так он день и ночь возится, чего-то придумывает, чтоб это больше не повторялось. Потом рыбаки кубинские, что на Тортуге и в Пти-Гоав пристроились, а потом подались обратно, снова к нам побежали. Там у них жрать нечего, так ещё и обирают не хуже этих французских красавцев. Жан в Гавану собирался наведаться, дать по черепу этому Фуэнтесу, чёрт его дери.

 - Ты не рассказал, почему мы здесь, - напомнил Влад.

 - А, да, верно, - Билл хлопнул ладонью по столу.
– Неделю назад - мы как раз такелаж в порядок приводили - приходит письмецо от одного типа из Веракруса. Ну, купчишка из тех, что на крючке. А я и по-английски-то читаю с трудом. Пошёл к Року. Он как перевёл - у нас обоих глаза на лоб полезли! Шестьдесят четыре борта, из них семнадцать больших галеонов по шестьсот-семьсот тонн только со слитками серебра! Остальные с золотишком, камнями и богатыми испанцами, которые сейчас твёрдо намерены смыться на родину вместе со всем своим барахлом. Мы как прикинули, сколько это может стоить, чуть не охренели!

 - Говори за себя, приятель, - подмигнул Галке Геррит.
– Подумаешь - каких-то сто двадцать с лишним миллионов песо. Всего-навсего двухлетний расход Испании на военную кампанию.

 Вся честная компания снова грянула хохотом.

 - Точно, нам на мелкие расходы в самый раз, - смеялась Галка.
– Ну, а что насчёт охраны конвоя?

 - По словам купчишки - девять фрегатов. Девять!
– воскликнул Билли.
– И на те напихали всяких сухопутных крыс, бегущих от наших индейских друзей. Во всём Мэйне у донов не нашлось больше военных кораблей, способных обеспечить охрану такой эскадры!.. Я тоже сперва подумал - подстава. Ну, не может быть, чтобы люди в твёрдом уме и здравой памяти... Тьфу ты, наоборот: в здравом уме и твёрдой памяти, во!
– отправляли через океан такие деньжищи всего с девятью фрегатами сопровождения. А потом мы просто прикинули, сколько мы за последние три года потопили и прихватили испанских посудин. Хочешь, не хочешь, а поверили. Донам сейчас деваться некуда. Или везут денежки на свой страх и риск в Кадис, пока мы с Алжиром воюем и добычу делим, или сидят по уши в дерьме.

 - А купец этот ничего не сообщил насчёт курса конвоя?
– поинтересовался Джеймс.

 - Написал, что матросы болтали про Канары. То есть, если из Веракруса идти, то южным путём - чтоб, значит, через пролив Мона по старой памяти - они не поползут. Побоятся. Скорее, пойдут севернее Кубы, а там от Инагуа повернуть на норд-ост и проскочить чуть севернее Кайкоса. Теперь сидим тут, у этих треклятых островков, и ждём, когда доны наконец выползут из своей норы.

 - Ну, ну, - одновременно и весьма скептично хмыкнули Галка и Граммон.

 - Не верите, что ли?
– Билли удивлённо поднял бровь.

 - Нет, братан, тебе я верю больше, чем себе, - сказала Галка.
– Но испанцам не верю ни на грош. Что-то тут не так...

 - Брось, Воробушек, - капитан "Сварога" махнул рукой.
– Всё будет в порядке.

 Посиделки затянулись до позднего вечера, и капитаны не разошлись, а расползлись по своим кораблям, сытые, пьяные и весёлые. Влад только успел рассказать названой сестрице, что с Жано всё в порядке, и что малыш очень скучает по папе с мамой. А заодно намекнул на разговор, который лучше бы провести в более тихой обстановке. Разговор был ему твёрдо обещан, после чего все спокойно разбрелись по шлюпкам.

 По возвращении на "Гардарику" Галка весьма удивилась, услышав в кубрике крики и брань. Драк на борту флагмана уже давненько не случалось, и потому она лично пошла выяснять, в чём дело. Но не успела она добраться до люка, как оттуда сперва вытолкнули одного матроса, а затем один за другим пожаловали ещё пятеро.

 - В чём дело?
– строго вопросила капитанша. И тут узнала в вытолкнутом, уже изрядно помятом матросе того самого Жана, который, помнится, не слишком удачно за ней приударил.