Огромная рука переместилась на затылок и неторопливыми движениями приняла участие в мыслительном процессе. Изумление в глазах бородатого мужика постепенно сменялось призрачной надеждой.

– Позже все объясню. Слушай, что будет нужно. Во-первых, постарайся занять денег - на неделю, не более. Хотя бы тысяч пятнадцать - двадцать. Под любой процент. Во-вторых. Мне нужен свой человек в типографии. В-третьих, нужен грамотный биржевой маклер, который не связан с Шнеером и его родней. И еще. Срочно найди телеграфный аппарат.

Под решительным напором сына купец оживал на глазах. Волосатая лапища оставила затылок и ухватилась пальцами за нос. Задумчиво покрутив его в разные стороны, она уверенно потянулась к кувшину.

– На неделю-то деньги я найду. В типографии у меня племяш работает, наборщиком. И маклер имеется, друг мой давнишний. А вот аппарат найти не смогу - где ж его взять-то? В лавках ими не торгуют.

Денис придвинул кувшин к себе и, не обращая внимания на вопросительный взгляд купца, налил полный фужер.

– Ладно, с этим сам разберусь. В крайнем случае, обойдемся банальным подкупом. Еще вот что скажи: финансовые газеты в городе издаются?

– В городе - нет. Но из столицы, раз в неделю курьером "Биржевой вестник" доставляют.

И штрихи добавились. Все в строку пойдет.

– Шнеер уедет прииск арестовывать?

– Скорее всего. Вдруг, кто-нибудь из рабочих лишнего сболтнет.

Купец сделал неудачную попытку перехватить фужер у сына. В голосе прозвучали назидательные нотки:

– Не рано ли тебе хмельным баловаться?

Денис нетерпеливо отмахнулся. Терпкая горечь вишневой настойки окончательно связала логическую конструкцию предстоящей спекуляции.

– В Петербурге родственники у него есть?

– Есть, конечно. Дядя родной высокую должность в Петербургско - Азовском банке занимает. Брат в особенной канцелярии Министерства финансов служит.

– Вот и отлично. Будем делать им полный цимес.

– Что делать?
– вконец растерялся купец.

Денис, после небольшой паузы, заговорщицки склонился к отцу:

– А вот, что...

Всю прошедшую неделю Иван Кузьмич ходил, словно пыльным мешком стукнутый. Размеренная, устоявшаяся жизнь вдруг обрушилась водопадом событий. Сначала его любимого первенца чуть было не убило молнией. Слава богу, все обошлось. Затем выяснилось, что к Дениске вернулась речь. Придавленный финансовыми проблемами - от прииска доходов до сих пор не было, а срок ссуды подходил к концу - купец даже не сумел толком порадоваться за сына.

И, наконец, последовал завершающий удар. Вернулся с прииска доверенный приказчик Мишка Хвостов - умный, хитрый и пронырливый паренек. Проведенная им ревизия выявила неприглядную картину воровства на золотом руднике . Попытки перезаложить имущество ни к чему не привели. Связываться со Шнеером, племянником всесильного Полякова, желающих не было. Друзья-купцы готовы были помочь деньгами, но только на короткий срок.

Следующее потрясение не заставило себя долго ждать - Дениска предложил поистине иезуитски коварную комбинацию. И слово-то подобрал нерусское - книжное. Он всегда любил читать, а купец, пять лет назад овдовевший, перенес всю нерастраченную любовь на единственного сына и ни в чем старался ему не отказывать.

Вот только комбинация смущала. Была она какая-то... с душком. Где Дениска только слов таких начитался? Просил узнать про фри-флоат и реестр владельцев. Явно обрадовался, когда узнал, что почти все акции распределены между шнееровскими сродственничками.

Еще бы - год назад сгорел лесопильный завод акционерного общества и все продавали его акции. А когда выяснилось, что на полученную страховку (кто ж, знал-то про нее?!) Шнеер строит новую лесопилку, было поздно: все акции оказались скуплены задарма его многочисленной родней...

– Пойди-ка сюда, оглоед!
– гаркнул Иван Кузьмич, подзывая Федьку.

Сорванец, с беззаботным видом направляющийся в сторону кухни, услышав громкий оклик, испугано вздрогнул и выпустил из рук истошно голосящую курицу.

– Чего изволите, барин?

– Ты Дениску не видел? Куда он запропастился?

Расправив крылья, бедная птица устремилась в сторону сарая. Фирменное блюдо предстоящего ужина судьба переселенца не интересовала.

– В типографии он, вместе с братцем своим, двоюродным.

– Что они там делают?
– удивился купец.
– Ночь уже скоро.

– Мне не докладываются, барин, - с независимым видом ответил паренек.

– Слушай, Федька, - смущенно замялся купец.
– Что такое - фри-флоат?