Самохин Валерий Геннадьевич
Шрифт:
После смерти ее отца опеку над ней взял ее родной дядя – Михаил Павлович. Будучи богатой наследницей, молодая, красивая и прекрасно образованная (попасть в аристократическое заведение княжны Оболенской удавалось далеко не каждому) девушка была лакомым кусочком для донжуанов всех мастей и сословий.
Постоянно окруженная назойливым вниманием светской молодежи Петербурга, Юлия попросту сбежала в российскую глубинку, воспользовавшись неоднократными приглашениями погостить – от дальнего родственника, уфимского заводчика Ногарева.
Первое время она просто наслаждалась неторопливой скукой южно-уральской губернии. Даже неуклюжие ухаживания ее кузена не могли нарушить умиротворенного состояния. Малоприятный тип. Девушка засмеялась – вспомнилась фраза Дениса, когда она вслух отслеживала родственную связь со своим кузеном. Как он сказал? Двоюродный шакал троюродного верблюда? Смешной он. И милый.
Когда ее кузен набросился на Дениса, она испугалась. Но, даже тогда успела заметить его необычную пластику. Что-то в ней было от балета. В прошлом году столичные подружки завлекли Юлию на новую спортивную забаву: английский бокс. Крепкие молодые люди, одетые в цирковое трико, неуклюже, по-птичьи, прыгали друг перед другом, смешно задирая вверх подбородок. И некрасиво ударяли друг друга. Подружки были в восторге, но ей не понравилось.
Денис боксировал по-другому – красиво. И слово красивое. У него много интересных выражений. И сам он необычный. Только очень застенчивый…
– Не вернешься через месяц – я уеду!
– Куда?
– В Петербург. Осенью экзамены.
– Я приеду к тебе.
– Поклянись!
– Клянусь.
– Не так!
– Чтоб я лопнул!
– Не надо… Не лопайся…
– Ты опять молчишь!..
В субботу подружка увлекла их в модный салон. Было чудесно. Пили шампанское, танцевали, играли в фанты и музицировали. Говорят, в этом салоне частенько пел сам Шаляпин. Юлия тоже исполнила свой любимый романс. Интересно, Денис догадался, что она пела для него? А потом ему достался фант: рассказать смешной стих.
Но Денис, почему-то, отказался. Она сделала вид, что обиделась на него. Тогда он попросил гитару. И спел. Какая красивая песня! Правда, о таком композиторе – Ди Наполе – никто, почему-то, не слышал. Но итальянцы всегда были прекрасными музыкантами.
Уже поздно ночью они гуляли по небольшому парку. Ну почему он всю дорогу молчал?! Только смотрел нежным взглядом, от которого сердце начинало радостно биться. А потом он уехал в Самару…
Юлия свернулась котенком под пуховым одеялом и начала тихонько напевать:
Под небом голубым Есть город золотой С прозрачными воротами И яркою звездой… [2]Ну, когда же он приедет?!..
2
"Город золотой" Стихи Анри Волохонский Музыка Владимир Вавилов, а никакой не ди Наполе
Подготовка к вояжу в Самару заняла несколько дней. Во-первых, нужно было зарегистрировать новую компанию – третья гильдия купца не дозволяла заниматься оптовыми сделками. За небольшие подношения регистрацию провели в считанные дни. Назвали незатейливо – торговый дом "Черников и сын".
Во-вторых, требовалось обновить гардероб. Приличных, с точки зрения Дениса, костюмов в оном не наблюдалось. Современная мода – кургузые пиджаки и зауженные, в обтяжку брючки – вызывала нездоровый смех. После долгих споров и нескольких поправок в эскизах – обнаружилась неожиданная способность к рисованию – местный портной, ворча, взялся за дело. На примерке портной опять бурчал, но – уже одобрительно.
Требовалось также подобрать новых работников для предстоящей комбинации. Имеющихся в наличии у купца явно не хватало. Решил привлечь и Федьку – юный по годам сорванец отличался смекалкой и взрослой рассудительностью.
И – главное! – Юлия. Денис не ожидал от себя столь пылкой влюбленности. ТАМ отношения были другие. Украл, выпил – в тюрьму. Выпил, потанцевал – в постель. И забыл. Только номер в книжке телефона. Девушка не танцует? Миль пардон – ищем дальше…
Танцующих хватало…
Удивляло и другое. Собственное косноязычие. ТЕ слова, привычные, сложившиеся, сейчас казались неуместными…
– Тебя, в самом деле, молнией ударило?!
– Да.
– Бедненький!.. А что потом?
– Ты появилась.
– Не смейся надо мной!.. Спой мне еще что-нибудь…
– Ты опять молчишь!..
ГЛАВА ПЯТАЯ
Управляющий самарского отделения Крестьянского поземельного банка Фрол Спиридонович Вощакин задумчиво рассматривал разложенные на столе кабинета бумаги.