Для того чтобы наконец вернуться домой. Вот ведь как все просто.

Диана проспала в машине целый час. За этот час он успел потихоньку доехать до той самой пятиэтажки, за поворотом которой она скрылась в прошлый раз. Дослушать до конца диск с записями Бенни Гудмена и прослушать почти половину диска с записями Чарли Паркера. За этот час он трижды поправлял на ней кофту, а потом, почувствовав, что в машине стало жарко, снял с нее эту кофту и снова забросил ее на заднее сиденье.

А потом она проснулась. Проснулась как-то неожиданно, просто вздохнула во сне и открыла глаза. Огляделась — Иван успел заметить удивление и даже легкий испуг, промелькнувший в ее взгляде. Потянулась и рассмеялась:

— Ничего себе! Я что же, получается, спала?

— Спала, — подтвердил Иван с непонятной гордостью в голосе.

— Ничего себе! А что же вы меня не разбудили?

— Вы не давали инструкций на этот счет. И мне было жалко вас будить. Да и к тому же зачем?

— И правда. Инструкций я не давала, — подтвердила она серьезно. — Сколько же сейчас времени?

— Не так много, как кажется. Вы проспали всего час. Час и несколько минут.

— Ничего себе! Час и несколько минут? Да я с ума сошла, что ли?

Кажется, она вполне серьезно задала этот вопрос и даже ждала на него ответа. Иван честно задумался над поставленным вопросом и серьезно ответил:

— Не знаю. Я так не думаю. Вы просто устали, поэтому заснули. Совсем не обязательно было сходить для этого с ума.

— Вы так думаете, Иван? — Она смотрела на него, прищурившись, а потом снова рассмеялась: — Вот ведь что получается… Получается, Иван, что я провела с вами ночь…

— Ну, не ночь, а вечер… К тому же не со мной, а просто в моей машине… — От этого ее неожиданного пассажа ему вдруг захотелось заикаться.

Ну надо же, — снова повторила она, удивляясь самой себе. — И где это мы сейчас? — Она оглядела слабо освещенную улицу за окном машины. — А, так это мы уже почти приехали… Так вы, значит, сумели машину свою починить?

— Сумел, — с гордостью ответил Иван, отгоняя прочь пионерские мысли о том, что врать нехорошо.

— И что с ней было?

— Да так… Неполадки… В общем, неполадки небольшие в двигателе. А вы что, разбираетесь… в двигателях?

— Нет, — сказала она. — Я просто так спросила. Ну, наверное, из вежливости. На самом деле я совсем не разбираюсь в двигателях, Иван…

— Понятно, — ответил он, хотя все было совершенно непонятно. Почему это вдруг она, проснувшись, без конца стала называть его Иваном? Как будто это его имя приснилось ей во сне, а до этого она вообще понятия не имела, как его зовут, несмотря на то что он представился ей еще при первой встрече.

— Ой, надо не забыть позвонить Светкиной матери. Вот ведь… Что же это я заснула, а? И почему вы меня все-таки не разбудили, а?

— Я же сказал уже. Мне было жалко вас будить.

— Жалко ему было, — проворчала она. — А то, что мне нужно позвонить Светкиной матери, и то, что меня дома ребенок ждет и, между прочим, волнуется, — это, значит, вас не касается, да?

— Диана.

— Что — Диана?

— Пожалуйста, прекратите меня ругать. Ей-богу, я ни о чем таком не думал. Мне просто жалко было вас будить, вот и все. И вообще, вы всегда такая…

— Какая?

— Ворчливая?

— Он еще и обзывается! Ну надо же! Сначала не разбудил меня, а теперь еще и обзывается! Ну-ка, давайте-ка поворачиваете вот за эту пятиэтажку. Там во дворе дом стоит. Старый, одноподъездный, трехэтажный, ужасно страшный. Я в нем живу.

Иван послушно повернул ключ зажигания. Машина сдвинулась с места и лениво поползла вперед.

— Вы и в самом деле на меня сердитесь? — серьезно спросил Иван, пытаясь поймать отражение взгляда в зеркале заднего вида.

— Еще как сержусь, — ответила она, и Иван сразу понял, что она совсем на него не сердится. — А вообще, знаете, я, когда просыпаюсь, всегда такая злая. Мне нужно выпить кофе и съесть бутерброд с сыром — только потом я становлюсь доброй.

— Я, кстати, тоже всегда злой спросонья, — улыбнулся он.

— Значит, мне повезло, что вы тоже в машине не заснули?

— Повезло, — ответил он, сдвинув брови. — Вы даже не представляете, Диана, как вам сказочно повезло…

Она улыбалась. Сонно щурилась, расправляла на лбу челку, выбившуюся из невидимок, и улыбалась. Иван не видел эту ее улыбку, потому что смотрел на дорогу, но чувствовал. Нет, все же не такая она и злая, какой хочет казаться.

— Послушайте, Иван, — сказала она серьезно, когда он уже притормозил возле подъезда указанного «ужасно страшного» дома. — Как вы думаете… Как вы думаете, все будет хорошо?

«Это она про Светку», — не сразу понял он и ответил уверенно:

— Конечно, все будет хорошо. Можете в этом не сомневаться.