– - Нет, не сказал. И я ничего не разглядела по его лицу. Фил, насколько я знаю старика, он всегда будет на стороне своего друга.

– - Уверен в этом.

– - Злишься на него? Я заметила тогда, в кабинете, он тебя довел.

– - Злюсь!
– - усмехнулся Филип.
– - Проведя месяц по его милости на каторге сложно не разозлиться. Сама же видела, где мне пришлось жить, и это не считая кормежки и работы. Я на постоялых дворах иногда зимой не останавливался, в лесу ночевал, лишь бы клопов не кормить, а тут...
– - Он зло махнул рукой, потом посмотрел на девушку.
– - Но когда он поймал нас, я злился из-за его отношения к тебе, на себя мне было наплевать.

– - Если хочешь, чтобы мне было хорошо, прекрати относиться к себе наплевательски!
– - полушутя потребовала Ив.

– - О, это я уже понял, моя леди!
– - Он взял ее руку и нежно поцеловал ладонь.
– - Кстати, сколько ты заплатила за меня этому жирному слизняку?

– - Я не сказала?
– - улыбнулась Ив.
– - Полторы тысячи золотых.

Филип присвистнул.

– - Мне придется долго их отрабатывать!

– - Может, начнешь прямо сейчас?
– - промурлыкала его подруга и потерлась лицом о его щеку, ухо и шею.

– - С удовольствием, моя леди, -- засмеялся он.
– - Вас отнести в спальню или убрать со стола посуду?

– - Отнеси в спальню. Пока на попе не нарос жирок, заниматься непотребствами на столе будет жестковато, -- ответила она высокомерным тоном королевы.

Это развеселило его еще больше.

Так в разговорах и занятиях сексом с перерывами на сон и еду прошла ночь и следующий день. Вечером второго дня они собрались в дорогу, а выехали, как и планировали, ранним утром третьего дня, когда еще не начало светать. Оба были невероятно счастливы и надеялись, что скоро им удастся окончательно сбежать из-под власти Правителя.

Правитель находился в отъезде уже неделю и все больше беспокоился о дочери. Уезжая, он отдал распоряжение Тайной службе справиться дней через пять-шесть о ее состоянии и отправить к нему человека с сообщением. Он ждал курьера со дня на день, но прошло полных десять дней, прежде чем тот объявился. Как-то вечером, когда Правитель уже отправился отдыхать, к нему постучал слуга и сообщил, что человек из столицы привез сообщение. Правитель вышел в приемную и увидел там одного из своих гвардейцев, Шона Райли. Лицо молодого человека было усталым, одежда пыльной, похоже, он спешил доставить новости. При виде вошедшего гвардеец встал со стула и отдал честь.

– - Здравствуйте, мой лорд.

– - Здравствуй, -- сказал Правитель, -- садись, ты устал с дороги.

Сам он уселся в кресло и приготовился слушать.

– - Мой лорд, у меня плохие новости.

Правитель, сам того не ожидая, испугался, что дочь при смерти или еще хуже.

– - Говори, -- только и смог выдавить он.

– - Ее высочество пропала.

Правитель испытал странные эмоции. В первый момент он почувствовал необычайное облегчение: раз Евангелина пропала, значит, она жива-здорова. Но его тут же охватила ярость. "Девчонка снова меня одурачила и сбежала, как только появилась возможность, причем возможность очень удачная. У нее будет такой выигрыш во времени, что она преспокойно сможет скрыться... Да какое там скрыться, первым делом она полетит вытаскивать его... И я никак не смогу помешать ей!" -- думал Правитель.
– - "Вот мерзавка, как она все рассчитала! И как ловко она притворяется, черт, как притворяется! Ведь я поверил ей. Это смирение, эти мольбы выпустить мальчишку, когда она выйдет замуж и покинет дворец..." Далее он перешел в своем потоке сознания на нецензурную лексику. Шон, следивший за изменением цвета лица Старикана, сильно веселился про себя. Но Правитель на то и занимал свой пост, чтобы уметь быстро совладать с собой и сохранить хорошую мину при плохой игре.

– - Когда она пропала?
– - спросил он, думая про себя "Наверняка удрала сразу после моего отъезда."

– - Это выяснилось четыре дня назад, когда именно она покинула дворец, неизвестно.

– - Что-то долго ты добирался...
– - Шон хотел что-то сказать, но Правитель не дал ему вставить слова.
– - Ты и твой друг, Кайл Моррис, насколько мне известно, очень сблизились с Филипом Олкрофтом?

– - Да, ваше величество, -- не стал отрицать очевидное Шон.

– - Был у вас с ним разговор по дороге в темницу?

Правитель испытующе глядел в лицо гвардейца. Тот, не моргнув глазом, ответил:

– - Нет, мой лорд, вы запретили вступать с ним в разговоры.

– - А он пытался?

– - Нет.

Правитель еще какое-то время буравил Шона взглядом. "Он сотрудничает с Тайной службой, их там хорошо учат врать, я только зря время теряю."