– - Не беспокойся, Ив, я на это не клюну, -- проговорил он, -- если я устраиваю тебя такой, значит, мне этого тоже достаточно.

Тут пришла очередь Правителя закатывать глаза.

– - Ладно, мне все понятно. Поступайте, как хотите. Если когда-нибудь передумаете, поговорим.

Отвальная в казармах прошла замечательно. Евангелина порадовала гвардейцев, надев знаменитое платье, в котором Правитель "знакомил" ее с крестником. Выпили немало, а поскольку Ив была единственной женщиной, кончилось все тем, что она перецеловала едва ли не всех присутствующих. Филип отнесся к этому на удивление спокойно. Зато на следующий день парочку пожелал видеть Правитель.

– - Что вы устроили вчера в казармах?
– - приступил он к интересовавшему его вопросу, как только молодые люди сели.

– - Отвальную, -- ответил Филип, -- мы же вас предупреждали.

– - Мои источники докладывают, это больше походило на оргию.

– - Что за источники? Неужели кто-то из ребят стучит?..
– - возмутился Филип.

– - Нет, Фил, никто из них не стучит, просто какая-то шушара из слуг подглядывала и подслушивала под окнами и дверьми, -- рассеяла его сомнения Ив.

– - Ты-то в этом разбираешься!
– - съязвил Правитель.
– - Почему же такое себе позволила?

– - Да что "такое"? Что я могла себе позволить в присутствии Фила, даже если б захотела?

– - Во-первых, пришла в казармы в непристойном наряде...

– - Постойте-ка, крестный, этот наряд сшили по вашему заказу, и вы разрешили одеть его на куда более многолюдное сборище!

– - ...А во-вторых, тискалась со всеми присутствующими!

– - Она всего лишь хотела сделать моим друзьям что-то приятное, и я не имел ничего против!

Девушка чувствовала злость Филипа, похоже, он собирается припомнить крестному историю с обнаруженными после бала синяками. После отвальной в казармах, конечно же, не осталось ни одного: гвардейцы оценили любезность друга и его жены.

– - Мне наплевать, что вы там себе позволяете, но на публике извольте вести себя соответственно статусу!
– - потребовал Правитель с раздражением.

– - Какому статусу?
– - голос Филипа звучал нарочито спокойно, и это очень не понравилось его жене.

– - Отец, мы через два дня уезжаем и не собираемся больше показываться в столице, -- попыталась разрядить ситуацию она.
– - Можете быть спокойны: в будущем никто вас не скомпрометирует.

– - Я хотел попросить вас задержаться еще на неделю, -- вздохнул Правитель.

– - Зачем?
– - резко спросил Филип.

– - Через несколько дней приезжает король КЭмдена для обсуждения ряда щекотливых вопросов в отношениях между нашими странами. Он изъявил желание посмотреть на вас, ибо вся эта история с судом... и прочим... стала широко известна.

Услышав это, девушка приуныла, но Филип не сдавался:

– - Посмотреть на нас? Мы что, ярмарочные уродцы?

– - До определенной степени да: вы знаменитости, -- ответил Правитель, глядя на крестника, как показалось Ив, с некоторым сочувствием.

– - Ну и что? Теперь каждый, кому не лень, будет приезжать на нас смотреть? А вы билеты продавать не пробовали?

– - Филип, ты за год, который вы провели незнамо где, но понятно, за какими занятиями, забыл все, чему я тебя учил?

Крестник Правителя собирался ответить в том же духе, но Ив его опередила.

– - Фил, придется остаться. Иначе спровоцируешь войну.

Молодой человек посмотрел на жену и тестя как на ненормальных.

– - О том, что мир с Кэмденом висит на волоске, не первый год знают все интересующиеся завсегдатаи столичных кабаков. И мне сей факт был известен задолго до появления во дворце, -- ответил он.
– - Но почему вы думаете, что война непременно начнется, если Арман Шестой не будет иметь счастья лицезреть наши скромные особы?

– - Я знакома с этим уродом из Кэмдена лично, -- вздохнула Ив.
– - Его любимое занятие -- унижать людей и издеваться над ними, плюс он обладает невероятными геополитическими амбициями...