— А что по поводу этого шпиона, который тебе помогал? Он еще жив?

— Жив, но слаб здоровьем, твое величество. Очень долго не хотел ничего говорить.

— Все сказал, что мог?

— Все. У меня записано.

— Шпиона… как его? Турринг? Шпиона переправь в Парм к Комену. Это давно уже нужно было сделать, а не заниматься здесь самодеятельностью.

— Да, твое величество, — Инкит потупила глаза, — Но тогда шла война. Я думала, что все генералы заняты другими делами.

— Сейчас уже не заняты. Но в деле со шпионом ты все равно хорошо себя проявила.

— Благодарю, твое величество, — улыбнулась девушка.

— А что это за просьба, на которую ты намекала в письме? Когда писала, что фактически спасла жизнь принцессе.

— Это — очень личная просьба, твое величество, — было заметно, что Инкит не решается говорить.

— И в чем она заключается? У нас есть время, мы наедине, так что можешь сказать.

Девушка глубоко вздохнула, словно перед тем, как нырнуть в морскую пучину.

— Зависит от того, как твое величество ко мне относится. Нравлюсь ли я все еще или нет.

Михаил посмотрел в окно. Это был сложный вопрос. На него можно ответить двумя способами: правдивым и не очень. Поразмыслив, он решил избрать первый вариант.

— Конечно нравишься, Инкит. Ты мне всегда нравилась.

— А Анелия?

— Инкит, хочу, чтобы в этом вопросе была полная ясность. Анелия — моя будущая жена, и я отношусь к ней соответственно.

Девушка поджала губы. Очевидно, этот ответ не был ей приятен.

— Но я могу рассчитывать, что между нами все равно будут прежние отношения? — спросила она.

— Что ты имеешь в виду? — Михаил сделал вид, что не понял вопроса.

— Мне бы хотелось от тебя ребенка. Вот в чем моя просьба, — внезапно выпалила Инкит.

— Что?! — Михаил даже подался вперед от неожиданности, — Что ты сказала?

— Ребенка хочу, твое величество. У меня уже возраст такой, что пора рожать. Все мои ровесницы уже давно мамы. А твое величество — лучший кандидат на роль отца.

— Инкит, ты соображаешь, что говоришь? — мужчина снова откинулся на спинку стула, — Я — король. У меня не может быть обычных детей.

— Ну и пусть. Пусть будет необычным. Что в этом такого?

— Послушай, королевские дети — не просто дети. При определенных условиях они могут претендовать на трон, — Михаил старался говорить как можно более спокойно, — А если у нас с тобой ребенок появится до моих детей с Анелией, то это будет вообще…. А если он еще окажется ишибом…. Тогда я просто не знаю, что случится!

— Я согласна подождать, твое величество, — тут же откликнулась Инкит, — Пусть сначала у тебя с принцессой будет ребенок. Ишиб, конечно. А потом уже — у нас с тобой.

— Инкит….

— Ты обещал, твое величество!

— Что обещал?

— Что выполнишь мою просьбу! Я знаю, что ты всегда выполняешь просьбы. Ты ими расплачиваешься! А я ведь так старалась! Ты посмотри, что я сделала с этим городом! И все ради тебя! Чтобы вернуть твое расположение! Я ведь уже не та наивная девочка из небольшого городка. Я меняюсь! И все для того, чтобы нравиться тебе. Чтобы быть полезной тебе. Чтобы ты не отворачивался от меня. Мы провели столько времени вместе. Разве это ничего не значит?! Разве это не повод быть со мной хоть иногда? Разве я не достойна того?!

Михаил слушал сбивчивую речь Инкит и анализировал сложившуюся ситуацию. У поведения девушки могло быть два объяснения. Либо она его любит и просто хочет от него ребенка, либо считает, что скоро утратит свою привлекательность и пытается форсировать события. А брошенная любовница с королевским ребенком — это не то же самое, что окончательно брошенная любовница без ребенка.

— Я не обещал выполнить такую… экстравагантную просьбу, — ответил он, — Подожди! Не надо плакать. Пока что не говорю ни да, ни нет. Вернемся потом к этому обсуждению.

Король не хотел решительно отказывать девушке. Во-первых, это не мудрый шаг. Инкит была верна ему, несмотря ни на что. Верность дорогого стоит. А во-вторых, кто сказал, что у него с принцессой будут дети? Даже несмотря на то, что они оба — ишибы, что-то всегда может пойти не так. Вдруг выявится какая-то несовместимость? А у него будет в запасе другой вариант. Королям нужны дети, что бы ни говорил на этот счет Меррет.

Михаил терпеливо беседовал с Инкит до того момента, как прибыли оба коменданта: бывший и настоящий. Капитан Цуртер вошел первым, а через несколько минут под конвоем привели тагга Аглаинта.