— И ты мог так поступить с дочерью твоей подруги Арины? Хоть и бывшей.

— Да, вот в этом-то и загвоздка! — скривился Ратобор. — Бывших подруг не бывает — если дружба настоящая, конечно. Не знал я. А потом, когда наутро Евдокия на связь не вышла, я пошёл искать её по следу. И наткнулся на тебя — точную копию Арины. Представь мой шок! И злость. В первую очередь — на Евдокию, которая меня хотела обмануть.

— А, может, она не знала о том, что я её дочь?

Ратобор зло скривился:

— Шутишь? Да они были знакомы не одну сотню лет! Обе родом из Тмутаракани. Эта змея Евдокия всегда завидовала Арине. И ко мне ревновала. Очень хотела работать со мной в паре.

— Значит — мама и вы были… — растерянно проговорила Арония. — Но я не думала, что она была такой…

— Какой? — прищурился Ратобор. — Обыкновенной ведьмой была. Деньги любила. Богатство. Славу. Шикарную жизнь. Только это всё не просто так даётся. Драться за это надо, — покачал он головой, подливая себе ещё вина.

— С кем?

— Со всеми, — пожал он плечами. — А особенно с теми, кто на этих деньгах сидит. И отдавать не хочет.

— Какие ещё деньги? В банке?

— Большие, Арония! В банке раньше только бумажки были, нам такое барахло не нужно. Мы с Ариной специализировались на поиске кладов. И при каждом — хранитель. А это, как правило — гномы, лепреконы, нежить, павшие души. Ну и слегка вздорили, конечно, с теми, кто у нас потом это добро пытался отнять. А это, как правило — ведьмы, оборотни, чародеи, колдуны. И люди тоже, имеющие способности эти клады находить. Или экспроприировать в пользу неимущих.

— То есть — вы всё это у кого-то отбирали?

— Не без того, — усмехнулся Ратобор. — Но немного не так. Всё решали знания, умение и честный поединок.

— Честный?

— Ну — по нашим понятиям — да. Или уж — как выйдет, — усмехнулся чародей. — А слабаки пусть лучше не лезут на ту территорию, где им не свячено. Там где побеждает только сильнейший. Клады, Арония, это всегда кровь. И чьи-то смерти. Как говорится — не умеешь, не берись, а боишься — отступись.

— Понятно, — вздохнула Арония. — Я всегда с опаской относилась к кладам.

— Правильно делала. Этому сначала надо учиться.

— Ну и где же теперь похищенная вами Евдокия? — перевела Арония разговор на интересующую её тему. — Вы её… уничтожили за то, что вас обманула?

— Стоило бы это сделать, — усмехнулся Ратобор. — Но пока нет — я… сентиментален. Слишком мало нас, древних, осталось. Думаю пока вот — как с ней быть. Да и она пусть подумает.

Арония смотрела на него с недоумением. Вот ведь как он дело повернул — выкрал у Старейшин пленников и, вроде, он ещё и пострадавшая сторона. Благородство изображает. А по сути — пират и разбойник с большой дороги. Присваивает себе всё, что плохо лежит. А если лежит хорошо, так ещё и голову сносит тем, кто не дозволяет пиратствовать.

— А Силантий причём? Зачем вы и его у Фаины утащили? — спросила Арония. — Пусть бы он свой урок получил за причинённые другим неприятности.

— На всякий случай. Да и смешно это — Евдокию взять, а его оставить на растерзание.

— Не на растерзание, а на исправление.

— По мне так именно что на растерзание, — пожал плечами Ратобор, потягивая вино. — Я ведь сам мог оказаться на его месте. А, может, когда-нибудь и буду. И буду благодарен, если кто-то меня выручит. Пусть он за это мой ломбард охраняет. Оборотень ворьё за полверсты чует. Хотя, скажу я тебе — фрукт он, малость, неукротимый.

И Арония, вроде, даже увидела этого Силантия. Стоял в солидном костюме, с бейджиком, у входа в некое шикарном помещение — медведь медведем. И даже имел новый ажурный ошейник — очевидно, новый плетеный амулет. Наверное, без него он действительно был слегка буен. Вон ведь даже в Фаинином ошейнике умудрялся на дыбы вставать. Не позавидуешь ворам, которые на него нарвутся.

— А мама говорила, что важно не богатство, а заработать здесь прощение. Это лучше, чем отрабатывать, когда туда придёшь, — заметила Арония.

Лоб Ратобора нахмурился, а глаза, сузившись, будто заглянули куда-то далеко.

— Может, и я когда-нибудь к такой идее приду, — хмуро сказал он. — А пока мне и тут неплохо. Ты мне, Арония Викторовна, лучше вот что скажи: зачем тебе этот капитанишка? — вновь заискрились смехом его глаза. — Взгляни-ка, лучше, на меня! Я всегда пригожим считался и, думается, века мне только на пользу пошли. Как этому вину, — покрутил он в руке бокал. — Капиталы имею богатейшие и даже неисчерпаемые. Свой раскрученный бизнес в Москве имею — антиквариат, нумизматика, ломбарды, — важно перечислял он. — Купец первой гильдии, по прежним понятиям, уважаемый человек. Чем я вам, Арония Викторовна, не жених? К тому же, учти, Арония — я всем необузданным ведьмам легко укорот дам. И защищу от любых жизненных неприятностей.