Ратобор! Это его мощная и тёмная аура!

К слову сказать, он не выглядел на триста или пятьсот лет, на которые намекал домовой Михалап. В свете фонаря, достигающего сюда с улицы и отлично освещающего двор, она его хорошо рассмотрела: это был довольно молодой и интересный мужчина лет… тридцати пяти. Очень харизматичный брюнет. Такие всегда нравятся женскому полу. И умеют этим пользоваться.

— Ну, здравствуй, Арина! — доброжелательно сказал он.

— Я не Арина, я Арония, — настороженно возразила девушка.

— Знаю. Ну что тебе, жалко побыть ею хоть немного? Для меня. Вы так с ней похожи.

— Что тебе от меня нужно, Ратобор?

— Это зависит от тебя, — ответил чародей. — Сейчас вместе и подумаем…

И вдруг Арония оказалась в неком субтропическом пространстве.

Светило яркое и знойное солнце. Рядом шумело синее море. Пенистые волны, набегая на белый ракушечный песок, ласково шуршали. Высоченные пальмы, стоящие на берегу, приветственно размахивали в высоте огромными веерами листьев. А поодаль стоял на песке возле прибоя столик и пара шезлонгов. На нём стояли цветы, глиняный кувшин с каким-то напитком, фужеры и фрукты в вазе. Прямо картинка из туристического буклета.

Арония взглянула на себя: розы из её рук исчезли, а вместо куртки и сапог на ней был сарафан и сандалии.

— Вот такими должны быть свидания! — заявил Ратобор, усаживаясь в один из шезлонгов. На нём также уже не было зимней одежды, а вместо неё был одет белый костюм, сандалии и соломенная шляпа.

Ратобор, указав на место напротив, сказал: — Прошу, Арония, присаживайтесь! Поговорим.

— Какое ещё свидание? — не двигаясь с места, возмущённо спросила девушка. — Я вам его не назначала!

И ещё раз осмотрев свой новый наряд, возмущённо подумала:

«Как он посмел? Почему распоряжается мною и моим временем?»

— Я его тебе назначил, — возразил Ратобор. — Очень хотелось с вами, Арония, встретиться. Давайте будем считать, что этого смешного капитана в вашей жизни не было. И начнём всё сначала. Что будете пить, Арония? Это Шабли 1899 года. Подойдёт?

— Я не понимаю, что вы такое затеяли! И ничего я не буду считать! Немедленно верните меня обратно!

— В этот-то мороз? Фи, Арония! И ты даже не хочешь полюбоваться на это море? — указал он рукой на набегающие шипучие волны. — Это Мальдивы, мировой курорт, кстати. Когда ты ещё сюда попадёшь, Арония, и попадёшь ли вообще в подобное место? — приподнял красивую бровь Ратобор. — И мы даже не поговорим?

— Нет, давайте поговорим! — приходя в себя, заявила Арония и решительно уселась в шезлонг напротив. — Только пить с вами я не буду! Даже вино пятисотого года!

— Пятисотого? Можно сделать и пятисотого. Только тебе оно не понравится, Арония. Оно больше похоже на желе или мармелад. И вырубает с первого глотка. А как же говорить?

— Не морочьте мне голову! — отмахнулась Арония. — Давайте о деле! Зачем вы похитили у Фаины ведьму Евдокию и ведьмака Силантия?

— Фи! Ты об этих? — наливая в оба бокала вина, сказал Ратобор. — Стоило ли выбираться на Мальдивы ради того, чтобы болтать о таких скучных и ужасных персонах? А я-то думал, что у нас тут сегодня зародится великая дружба, и, даже смел надеяться — любовь.

— Дружба не начинается с похищения врагов, которые мечтают свести со мной счёты, — отмахнулась Арония. — А место в моём сердце уже занято!

— Как? Уже занято? Уж не этим ли капитанишкой? Вы с ним знакомы всего-то два дня!

— Три!

— Ах, пардон, дорогая Арония, это меняет дело! — насмешливо глянул на неё Ратобор.

— Именно! Но вы мне не ответили на вопрос о похищении.

— Ах, это, — пожал плечами Ратобор. — Там всё пошло не так, — прихлёбывая вино, проговорил он. — Я вообще-то поначалу хотел тебя… Ну, неважно. Сила Аринина, которая в тебе лишь недавно проявилась, очень лакомая штука. А защиты никакой. И если б ты не была на неё так похожа… Когда-то мне очень нравилась Арина. Не подумай — ничего лишнего. У нас были только деловые отношения. Жаль, что потом она увлеклась этим… Как его… А, Виктором — простым человеком. Нам с ней всегда неплохо работалось вместе.

— Но если вы мамин друг, то зачем же тогда помогли Евдокии, которая хотела меня убить? — возмутилась Арония.

Лицо Ратобора стало жёстким. И, посерев лицом, он проскрипел:

— Она меня — меня, представляешь?! — обманула! И даже не сказала, что ты дочь Арины, ввязав в это дело.

— Она с вами имела общее дело?

— Ну, да. Я оказался тут проездом по одному дельцу. Свой старый клад откапывал — кстати, припрятанный когда-то вместе с твоей матерью. Мой бизнес требует новых вливаний. И случайно встретил Евдокию. Это я думал, что случайно. А она похвалилась — мол, есть на примете одна наивная девчонка-колдунья. И она даже не знает о своём даре. Хотела, мол, взять, да она мне в руки почему-то не даётся. Не хочешь ли со мной её дар поделить? А я — чего ж, не хотеть дармового? Ну и она сказала, что, мол, один домовой обещал подсобить. И если у них и в этот раз не выйдет, то давай входи со мной в долю. Вместе мы её легко одолеем. И велела подождать одну ночь. Этой ночью, мол, всё у них решится.

— В долю? А со мной как? Отпустить? Домовому Евдокия сказала, что ей всего лишь капля моей крови нужна, — решила проверить его девушка.

— И ты этому поверила? — приподнял бровь Ратобор. — Действительно — наивная. Зачем оставлять свидетеля этого чёрного дела? Тут прямое нарушение Покона. Вдруг найдутся дознатели? Нет уж. Такие дела делаются быстро и без пыли. И — тем более — без крови. Врачи б сказали — сердце не выдержало. Да и у кого выдержит, если… Ну, неважно это. Страшная картинка, в общем. Особенно для новичков.