Группа «Универ»

Софья: Доброе утро, ребята! Я заняла вам стол, можете не торопиться.

Мы чуть не упали от неожиданности.

— Что? — изумился Баклан. — Зачем?

— Наверное, народу много, — предположил я.

— С чего бы?

— Ну, может, приехали…

— А как ей это в голову пришло?

— А вот пошли спросим!

Вежливый Макс ответил Софье.

Макс: Спасибо!

Софья::)

— Она смайлы ставит! — сообщил нам Макс.

— Кайф! Какой классный андроид, — заулыбался Дима.

Территория, выделенная абитуриентам, была набита битком. Но Софья не просто заняла нам стол! Она притащила откуда-то еще трех андроидов, которые были уже гораздо меньше похожи на людей, а больше на тумбочки с глазами, и установила их на трех стульях, а на четвертый села сама. И, конечно, же около этого стола стоял Центурион, которому не хватило места, и препирался с Софьей.

— Андроиды не должны занимать места, выделенные для людей!

— Совершенно верно, но только эти места отмечены как зона общего пользования.

— Вы даже не можете читать эти книги.

— А вы не можете их сканировать. Мы с вами в равном положении.

— Я могу их хотя бы переписать.

— Я тоже могу. Просто буду делать это чужими руками.

— Сомнительно, но окей. А зачем для этого четыре места?

— У меня восемь рук.

— Что?

— Что что?

— Что значит «восемь рук»?

— Сюда придут восемь рук. Вот они пришли.

Софья замигала индикаторами на голове, приветствуя нас, Центурион повернулся, увидел нас и тут его откровенно перекосило.

— Опять вы!

— Опять ты, — буркнул я. — Найди себе какое-нибудь место уже.

— Я пытаюсь! Но вы всё заняли. Это ваш андроид? Кто позволил?

— Да тихо вы! Без вас тошно! — зашумели голоса других абитуриентов.

— Извините, — обратилась ко всем Софья.

Она встала, и андроиды-тумбочки тоже спрыгнули со стульев. Один из них приземлился на ногу Центуриону, причем, похоже, не совсем случайно, и, как будто этого показалось мало, они еще и окружили его и вытолкали из зоны подготовки. Софья мигнула головными индикаторами и вышла за своей бандой. Мы, не дожидаясь развития событий, быстро заняли освободившиеся места и открыли книги. Тут наш чат снова ожил.

Группа «Универ»

Софья: Это мне куратор посоветовал занять вам места. Он сказал, что сегодня будет много народу. Вам это поможет?

Дима: Еще как!

Софья:?

Дима: Да, очень поможет. Большое тебе спасибо

Софья: Замечательно. У меня получилось влиться в ваш коллектив?

Дима: Еще как!

(Софья печатает)

Дима: Да, супер, мы тебе очень рады

Софья: Я поняла:)

Мы проводили взглядами удаляющуюся Софью и толпу тумбочек, из цепкого окружения которых пока не мог выбраться Центурион. И пока она не ушла далеко, я решил еще кое-что прояснить.

Риц: А твои помощники тоже поступают?

Софья: Да, это тоже абитуриенты. Я поделюсь с ними вашими материалами, если вы не возражаете.

Риц: Нет, без проблем, делись

Баклан наклонился ко мне и прошипел:

— Заметил, она отправляет сообщения прямо из головы? Не руками. Не с планшета.

Я кивнул.

— З — Зависть.

Мы тихо хихикнули, погрузились в работу и просидели почти до закрытия, зато успели почти всё. Переписали задания из монстроучебников, там же отсканировали и проверили правильность. Я чудом перехватил Баклана, который прямо в библиотеке хотел открыть слитые Глебом варианты — никому нельзя верить! Спалились бы ни за что, ни про что. Хорошо, что заметил. А Баклан только руку к груди прижал в знак того, что больше не будет.

За день народ вокруг нас сменился два раза. Центуриону в конце концов удалось отбить себе место за дальним столом, так он его чуть забором не огородил. Сдавал он, как бы это ни было отвратительно, ту же самую математику, логику и историю мира, что означало, что в перспективе любой из нас может встретить его на своем факультете. Вот бы он вообще не поступил! Тут я одернул себя, напомнив, что мировой запас упертых дебилов не ограничивается Центурионом, и где-то всегда есть новые.

Вернулись в общагу мы, когда стемнело, и на пороге столкнулись с Шанксом. С ним была женщина-дом. Дом в хорошем смысле — она была такая большая и могучая, что могла бы в одно лицо победить десяток врагов, если бы кто-то сдуру вздумал на нее напасть.