Этим ходом собеседник надеялся убить трёх зайцев разом: убрать никому не нужного нового барона, ослабить Черноярских с перспективой добить и стереть отставание в силе с остальными феодами. Сейчас Шеины самые слабые в графстве.

— Я не планировал в ближайшее время жениться, но ваше предложение показалось мне привлекательным, — с поддельным интересом протянул я. — Я же могу подумать какое-то время?

— Конечно, голубчик, конечно, но не затягивайте, мне нужно оповестить судью как можно раньше, чтобы мы смогли порвать защиту вашего батюшки.

— Впечатляет, насколько это для вас легко. Наверняка Шеины — самый могущественный род из всех, просто вы это умело скрываете.

— А вот это очень умная мысль, — Евгений Кириллович встал, налил себе и мне. — За будущего зятя, — расплываясь в довольной улыбке, предложил он.

— За мудрого тестя, — парировал я и Шеин, взяв меня под локоть, повёл по своим владениям, рассказывая, когда что было построено.

Мы топтали персидские ковры, лапали груди прелестных греческих статуй, попробовали в саду лимон с лимонного дерева его жены, пели песни, травили похабные анекдоты, а под утро вышли к речке, чтобы под кваканье лягушек отлить с видом на рассвет.

— Хороший ты парень, Володька, хотел бы я себе такого сына.

— Евгений Кириллович, да вы мне уже почти как отец! — душевно заверил я его. — Как же мы с вами деньгу будем грести… а чуть не забыл, во-о, — я приоткрыл подсумок, что таскал везде с собой, и показал ему лежащее внутри яйцо виверны. — Папенька зря в меня не верит, зря, — покачиваясь, я помахал пальцем. — Когда это чудо вырастет, весь хронолит наш будет, весь! — крикнул я.

Шеин так и впился своими поросячьими глазками в драгоценное яйцо и тоскливо сглотнул, когда я закрыл подсумок. Положив руку на плечо барону, я зашептал, чтобы не услышал следовавший за нами слуга Клавио.

— Ежли надо, всех, — я провeл пятернeй по воздуху. — Под корень, — последнее прошептал ему на ухо. — Ммм?

— К чeртовой бабушке, — подтвердил барон.

— Евгений К-Кириллович, а вот скажите, вы верите своему Клавио?

— К чему такой вопрос?

— Да просто лицо у него знакомое… Нет, я наверно ошибся, ошибся, — признал я и замолчал, чувствуя кожей, как у Шеина нарастает любопытство и раздражение.

— Да что же ты мучаешь меня, скажи уже!

— Я не смею…

— Да ладно тебе, как девке ломаться, Клавио! Клавио! — повторил он, и к нам тут же подбежали.

— Да, Ваше Превосходительство?

— Дружок, сгоняй-ка нам ещe за бутылочкой рейнского.

— Сей момент.

— Ну вот, видишь, ушeл он, говори. Где его видел?

— Он телохранитель у вас же, так?

— Какой к чертям телохранитель? Клавио? Да он в жизни меча не держал, муху, если поймает, в кулаке из окна выпустит.

Я почесал голову и развeл руками.

— Тогда честно не понимаю, что он забыл подле старшего сына Смольницкого.

— Это когда? — сощурился Шеин.

— Да вот на прошлом турнире, кажись, недели две назад, что ли, из головы вылетело. Мы ещe взглядом встретились, вот я и запомнил.

— Взглядом говоришь, — с толикой угрозы произнeс барон.

— Да и у него тогда меч при себе был, потому я и спросил про телохранителя… О нет, вы думаете, что…

— Молчи, как придeт, веди себя как обычно.

— Он может быть шпионом…

— Цыц, Володя. Всe, я сам разберусь.

— Как скажете, Евгений Кириллович.

Я и так с порога знал, кто такой Клавио. Память на лица отличная. Ведь этот тот самый Убийца ранга «А», потому я и попросил его убраться во время нашего разговора тет-а-тет.

В прошлый раз у меня были о нём отрывочные сведения, сейчас же они пополнились весьма любопытными пунктами.

Отвага (74/100)

Интеллект (32/100)

Убийца (А)

Слуга (D), Повар (D), Музыкант (D), Актёр (D), Художник (D), Конюх (D), Писарь (D), Учитель (D)

Достигнут предельный уровень развития.

Большое количество мирных профессий, хм. Самое то, чтобы близко подбираться к своей жертве. Снимаю шляпу перед его мастерством. Он столькому обучился только ради эффективного выполнения основной работы — заказных убийств. Плюс достаточно высокий показатель интеллекта. Для обывателей он колеблется в диапазоне 5–10 единиц, у образованных крестьян — 15–20.

Собственно, весь балаган с попойкой я устроил только, чтобы невзначай бросить реплику про этого Клавио, и Шеин тут же проглотил наживку. Скажи я ему про шпика в лоб, да на трезвую голову, он бы не поверил, а так я всё сделал как бы между прочим и не прогадал.

Смольницкий, как глава союза трёх баронств, хотел держать за яйца своих союзничков, чтобы в случае чего устранить их. Шеин — жуткий гордец, унизительное положение его рода давало мне широкое поле для манипуляций, и «совместное» разоблачение убийцы позволит лучше с ним сблизиться. Только вот я просчитался в одном — размокшие от алкоголя мозги барона всё испортили.