— Такой забавный, — заулыбалась Надежда Владимировна, садясь на диване с таким видом, как будто хотела немедленно схватить малыша и затискать в своих объятиях. — И умный, и вежливый! Просто сказка!

Я был уверен на двести процентов, что домовой от похвалы покраснел. Вон какую рожицу скорчил, только что ножкой ламинат протирать не начал.

— Геннадий учиться должен, — расхрабрился Емеля. — А то убьет кого ненароком своим лечением, у нас всех проблемы начнутся.

— Кто кого убьет? — раздался рядом со мной слабый голос. Майор Комаров лежал на полу с широко открытыми глазами и явно пытался сообразить, где он и что происходит. — Да я вас всех посажу!

— Спокойно, спокойно, — Надежда Владимировна уже подскочила к майору и теперь уверенными движениями помогала полицейскому принять вертикальное положение. — Как вы себя чувствуете? Голова не кружится? Как горло? Глотать не больно? Колено ноет?

— Какое колено? — Комаров пытался оттолкнуть от себя целительницу, но надо отдать ему должное, делал это предельно аккуратно. — Вы кто такая? Что вы себе позволяете?

— Я врач, — мягким голосом говорила Надежда Владимировна. — У вас был приступ, но этот молодой человек спас вам жизнь. Постарайтесь…

— Что ты несешь? — закричал неожиданно майор. — Какой приступ? Я все помню. Он позвал меня в квартиру, а затем оглушил чем-то тяжелым. Да я!!!

Комаров подтянул к себе свою сумку портфель, раскрыл и к моему изумлению извлек из нее пистолет, который немедленно направил на нас с целительницей.

— Стоять и не двигаться! — рявкнул майор. Левой рукой он извлек из карман джинс мобильник и практически не глядя набрал номер.

— Говорит майор полиции Комаров, — представился полицейский невидимому собеседнику. — Я задержал двух правонарушителей. Мне нужен наряд. Пишите адрес.

У меня в этот момент в голове крутился всего один вопрос. Вот какого, спрашивается, мы его спасали?

Вот не люблю я, когда в меня пистолетом тычут. Так и хочется в ответ какую-то гадость сделать. Ладно бы еще ситуация была такая, где я вроде как заслужил подобное отношение. Помнится, Черный Скелет, предводитель банды бездельников, чем только не тыкал в мою сторону, но так там у нас взгляды на жизнь не совпадали. Он считал, что машины с золотым песком это легкий способ заработать, мне же казалось, что драгоценный металл принадлежит нашей компании. Налицо конфликт интересов, где каждый намеревался твердо доказывать оппоненту свою точку зрения. Правда, быстро выяснилось, что ПКМ — аргумент более весомый, чем подаренная черным бандитам заокеанская М-16.

Ну так вот, там все понятно было. Сейчас-то за что? За попытку помочь? Воистину, добрыми делами вымощена дорога в ад!

Еще и встал так неудачно. Для меня, имеется в виду, неудачно. Даже думать нечего кинуться на него — подстрелит, как куропатку на взлете. Вон как пистолет уверенно держит, явно не в кабинете привык штаны просиживать.

— Уважаемый, а что, собственно, случилось? — с любопытством спросила Надежда Владимировна. — Мы вообще-то вам помочь пытались, пока вы тут на полу умирать задумали.

— Не рассказывайте сказки, — махнул пистолетом Комаров. — Когда хотят помочь, сознания не лишают.

— А может быть, у вас просто приступ случился? — Теперь в голосе целительницы сквозило ехидство. — Что ты дергаешься? Я же вижу, что ты в курсе своего диагноза. Давно к врачу-то ходил? Может быть, наоборот, все-таки стоит спасибо сказать, что мы тебе сдохнуть не позволили.

— Ага, если бы, — презрительно хмыкнул Комаров. — У меня теща тоже «Битву экстрасенсов» по телевизору смотрит. Но в ее возрасте хотя бы позволительно уже во всякие небылицы верить, а я вполне себе в здравом уме нахожусь. Меня просто этот вот опоил чем-то или вовсе по голове приложил.

— Шишки на голове нет? — поинтересовалась Надежда Владимировна. По ее спокойному поведению казалось, что она даже не замечает направленный на нее пистолет. — Если нет — значит, не били. А опоить это запросто. Гена, ты чем товарища опоить умудрился? Не подумал, что стоит валерьянки накапать или корвалола хотя бы? Посмотри, какой нервный мужчина!

— Молчать! — рявкнул Комаров. — Разговаривать будете, когда я разрешу!

— Майор, а тебе не кажется, что ты перебарщиваешь? — поинтересовался я у полицейского, который продолжал изображать терминатора на минималках.

— Сейчас в отдел приедем и разберемся, кто перебарщивает, а кто нет, — зловеще пообещал Комаров, внимательно наблюдая за мной и Надеждой Владимировной.

— Вот тебе наглядный пример, Гена, что помогать нужно не всем, — раздался за спиной голос целительницы. Я повернулся и обнаружил, что Надежда Владимировна уже успела развалиться в кресле и по-прежнему не обращает никакого внимания на полицейского с пистолетом.

— Гражданка, рот закройте! — снова рявкнул Комаров. — К вам у меня тоже будут вопросы.