— О, я слышал, у Толи отличный вкус...

— Вино отличное, — прерывает Монро, испепеляя меня взглядом. — Я готов сделать заказ.

Не сбиваясь с ритма, Толи игнорирует грубое поведение моего бывшего жениха.

— Очень хорошо, сэр. Что я могу принести для вас двоих?

Пока Толи предлагает мне сытный праздничный ужин, как хороший друг, которым он и является, Монро заказывает стейк для себя и салат без заправки для меня.

Мой друг хмурится.

— Хотите что-нибудь к салату, мэм?

Барон взглядом стреляет кинжалами ему в голову.

— Она будет салат. Что заказал ее жених. Теперь проваливай. У нас не вся ночь впереди.

Как артисты, которыми мы являемся, ни я, ни Толи не позволяем своим скучным выражениям измениться по его лаконичной команде.

— Конечно, сэр. Наслаждайтесь вином.

Когда Толи уходит, я ловлю взгляд Кайана в зеркале, надеясь, что он заметит мою одобрительную улыбку, прежде чем я снова сосредоточусь на угрозе передо мной.

Я не знаю, как он это сделал, но я уверена, что Толи работает за нашим столом сегодня вечером, потому что это организовал Кайан. Толи не сможет помочь мне пройти по минному полю, в которое превращается каждый разговор с Монро, но осознание того, что я не одинока в этом, придает мне смелости, которой обычно нет бывает с Бароном. Вместо того чтобы позволить своим нервам взять верх или скатиться к робким гвардейским привычкам, я напрягаю свой мозг, чтобы понять, как получить необходимую мне информацию.

— Я сожалею о прошлой ночи, — мой здравый смысл вырывает ложь из моего горла, и именно тогда я понимаю, что не сожалею о прошлой ночи. Вообще. Ни о чем из этого.

Боже милостивый, я не могу позволить Кайану узнать это. Я уже вижу его самодовольную ухмылку.

Монро прищуривает глаза и качает головой.

— Я не верю, но тебе лучше заставить мир поверить в это. Пресса уже выставила меня дураком.

Он листает свой телефон, прежде чем повернуть его ко мне лицом.

Мое сердце проваливается в желудок.

Предполагалось, что никто не сможет фотографировать или записывать внутри «Руж». Это не только политика клуба, Кайан постарался убедиться в этом. Но вот мы на телефоне моего бывшего жениха, танцуем вместе.

На фотографии запечатлен момент, когда Кайан поймал меня, прежде чем я упала. Наша химия ощутима даже через экран. В другой жизни я бы вставила это в рамку и повесила на наш комод.

Нет... Мой комод. Мой.

Я игнорирую свой маленький мысленный промах и пытаюсь понять, могу ли я сказать, что это Кайан, но его маска, возможно, спасла нас обоих. Он смотрит на меня сверху вниз из-под нее, как будто я единственная для него, и я цепляюсь за него, как будто он уже мой. Если картинка стоит тысячи слов, то наша рассказывает начало эпической истории любви. Но в руках Монро Барона это трагедия, гвоздь в крышку моего гроба. Особенно когда я вижу заголовок.

— «Наследница О'Ши танцует с дьяволом», — читает за меня Барон. — В подзаголовке говорится: «У ее жениха сердце святого? Или он просто дурак?»

— Монро, ничего не случилось, — бормочу я онемевшими губами.

— Надеюсь, что нет, — усмехается он. — Эта фотография? Танцы? Это достаточно плохо. Если бы я знал, что ты выкинешь подобный трюк, я бы запер тебя и никогда не выпускал. Я все еще могу это сделать.

— Мы просто танцевали...

У него в руке жужжит телефон, и он поднимает палец, чтобы я замолчала.

— Минутку.… Ах, как раз вовремя.

Он отвечает на звонок прямо там, за столом, с самодовольной улыбкой на лице.

— Приятно снова вас слышать, Хранитель. Вы, О'Ши, сегодня пунктуальны.

ЕЕ НАКАЗАНИЕ, ЕГО ПРОЩЕНИЕ

Лейси

У меня застывает кровь в жилах.

— Ты разговариваешь с моим отцом?

Монро свирепо смотрит на меня.

— Да, я действительно сейчас с вашей дочерью, мистер О'Ши. Вы, конечно, можете поговорить с ней. Но сначала нам нужно обсудить один небольшой вопрос.