— Ваш официант сейчас вернется с вашим «каберне», сэр. — Сотрудница одаривает его беглой улыбкой и пытается уйти, но Монро хватает ее за руку.

— Монро, — шиплю я.

Он сердито смотрит на меня, но это дает сотруднице достаточно времени, чтобы высвободить руку из его хватки.

— Сэр, эм, могу я вам чем-нибудь помочь?

Монро дуется на нее.

— Ты не собираешься быть нашей официанткой?

Она краснеет, качает головой и нервно смотрит на меня. Бедняжка, наверное, беспокоится, что мне будет не все равно. Это не так. Если я когда-нибудь и делала так, то это был первый раз, когда он вел себя подобным образом, но это было так давно, что я даже сейчас этого не помню.

Пока он ухмыляется и флиртует, у меня есть время изучить его и прикинуть, какое лицо мне нужно надеть для него сегодня вечером. Его выцветшие, грязно-светлые волосы зачесаны назад, а его и без того светлая кожа кажется бледной в ярком освещении ресторана. Всякий раз, когда он двигается, до меня доносится запах его одеколона, отчего мне хочется поперхнуться. Его синий костюм и яркий красно-бело-синий галстук - признак готовности к политике. Без сомнения, он захочет поболтать, если кто-то важный пройдет мимо нашего столика.

Сотруднице явно не по себе от того количества внимания, которое он ей уделяет, но в прошлом я пыталась уберечь женщин от подобных моментов, и это закончилось печально для нас обеих. К счастью для нее, официант делает ей знак отойти, и она уходит с улыбкой облегчения.

Мой бывший жених снова пялится на ее задницу, пока она уходит, но как только он оборачивается, завеса харизмы исчезает при виде меня. Он почти на два десятка лет старше, но единственный раз, когда его возраст проявляется, - это когда морщины прорезаются глубокие морщины на его лбу и он хмуро смотрит на меня.

Его холодное разочарование так отличается от горячей страсти Кайана. Для Барона я средство достижения цели на его пути к тому, чтобы получить желаемое. Но для Кайана… Я - все, чего он хочет.

Моя грудь трепещет от этой мысли, прежде чем я отбрасываю ее прочь.

Господи. Возьми себя в руки, О'Ши. Начинается шоу.

Пока Монро проверяет свои золотые карманные часы, в ход идут бесчисленные уроки моей матери.

Я нацепляю на лицо выражение, которое бывает у хорошей девушки Гвардии. Большие яркие глаза. Вежливая улыбка. Руки скромно лежат на коленях. Колени не дергаются. Никаких игр со своим кольцом. Никакого ерзания. И, наконец, ноги скрещены в лодыжках, так что я слегка теряю равновесие, как это нравится мужчинам.

К тому времени, как Монро убирает часы обратно в карман пиджака, я уже на месте, ожидая, когда со мной заговорят. Он впитывает каждую секунду напряженного молчания как небольшой силовой прием, прежде чем, наконец, заговорит.

— По крайней мере, ты пришла вовремя, хотя, если бы ты опоздала, могла бы приложить больше усилий к прическе и меньше к тому безвкусному макияжу, на котором настаиваешь. Намалевавшись, ты выглядишь как шлюха. Это смущает.

Моя улыбка не угасает, когда я отвечаю.

— Мне жаль, Монро. Я постаралась привести себя в порядок, насколько могла, за такое короткое время.

Его глаза сужаются.

Упс, надо было опустить последнюю часть...

— Ну, я думаю, могло быть и хуже, не так ли? Ты могла закончить так, как та мертвая девушка, найденная этим утром. Трагично, но я предупреждал тебя прошлой ночью. На ее месте могла бы быть ты.

Мое сердце замирает в груди. Кайан сказал, что выясняет, кто убил женщину в «Руж», но я боюсь ответа. Надеюсь, он скоро у него появится.

Монро ерзает на своем сиденье.

— Где, черт возьми, наш официант?

— Я здесь. Извините за это, сэр.

Официант появляется из ниоткуда и углубляется в описание вина, откупоривая бутылку, меняя бокалы для меня и наливая по унции каждому из нас, чтобы попробовать. Но я слишком ошеломлена, чтобы выпить это, потому что Толи– наш официант.

Он улыбается нам в черной униформе, пока Монро пробует вино. Торчащие фиолетовые волосы Толи были уложены в прическу помпадур, а пирсинг в ушах и бровях исчез. Он выглядит как обычный официант в высококлассном, надменном ресторане.

Какого черта он здесь делает? Он работает в «Руж», а не в «Винчелли»...

Мой друг подмигивает мне из-за фальшивых очков в черной оправе, и мои губы приподнимаются. Это нарушает дистанцию между нами, но слишком незаметно, чтобы Монро заметил. На самом деле Монро ни одному из нас и близко не уделяет того внимания, которое он уделял хорошенькой блондинке, которая его усадила.

— О, мэм, мне нравится ваше платье. Кому оно принадлежит?

— Что ж, спасибо. — Теперь я не могу скрыть улыбку. — Это Alexander McQueen, а стилизованный Толи Хендриксом.