То, что она показывает всем остальным - пыль в глаза, но эта Лейси, которая подо мной? Она настоящая. Все, что ей нужно, - это свобода, чтобы воспламениться, и я - спичка для ее пламени.

— Я не первый парень, с которым ты переспала, — шепчу я и улыбаюсь ей в шею, начиная медленно двигаться внутри нее.

Я последний.

Любить жестко

Лейси

Боже, Кей так приятно ощущается, а эта штанга в конце? Волшебство внутри. Но, Боже, он большой, и я не шутила, когда сказала, что прошло много времени. Хотя я была более чем готова, этот первый толчок задел меня достаточно сильно, чтобы шокировать.

Я уже успокоила его, но эти движения все еще медленные, как будто он боится, что я сломаюсь, если он будет двигаться слишком быстро. Однако сейчас я благодарна ему, потому что эти плавные движения помогают мне привыкнуть к его размерам. Его твердые, мускулистые руки обнимают меня, успокаивая, пока его член пульсирует внутри моей и без того воспаленной киски.

Он чертыхается себе под нос, и его бедра начинают втискиваться в меня, прижимая один из металлических шариков своего пирсинга к моей точке G.

— О боже!… Кей... да. Вот так.

— Я не знаю, как долго я еще смогу медлить, tine (с ирл. Огонек), — рычит он сквозь стиснутые зубы.

Снова звучит это слово, но на этот раз в его грубоватом тоне проскальзывает акцент. Его бархатный голос в сочетании с эмоциями, которые он вкладывает в это слово, вызывает у меня трепет, о котором я не готова думать. Что-то в нем кажется знакомым, но он не снял свою маску, так что трудно понять, кого он мне напоминает.

— Я не хочу медленно, — шепчу я.

Везде, где наша кожа соприкасается, возникает покалывание, и когда он приподнимается надо мной, позволяя холодному воздуху проникнуть между нами, я почти жалею, что велела ему двигаться быстрее. То, что мы делаем прямо сейчас, кажется слишком интимным, и я не могу позволить себе чувствовать ничего, кроме удовольствия, иначе я сломаюсь.

Эти интенсивно методичные движения ускоряются, вызывая волну экстаза по всему телу и заставляя меня полностью забыть о своих эмоциях.

— Скажи мне, хочешь ли ты, чтобы я остановился?

— Ради всего святого, пожалуйста, не останавливайся.

— Хорошо, потому что я не знаю, смогу ли. Перед тобой трудно устоять.

Мое сердце замирает от этого чувства, и укол тревоги возвращается. Я обхватываю ногами его бедра и двигаюсь вместе с ним, пока его мощные толчки не вытесняют все остальные возражения и опасения. Его бедра входят в меня в идеальном ритме, в то же время умудряясь проникать глубоко, заставляя мою киску трепетать вокруг него, а мышцы напрягаться.

— О, Кей… Боже мой. Это так приятно.

Он смотрит на меня сверху вниз сквозь свою дьявольскую маску, и мне вдруг так сильно хочется, чтобы он меня поцеловал, что я не могу этого вынести. Поцелуи никогда раньше не входили в мои планы на одну ночь, но и этого я тоже никогда раньше не испытывала.

По мере нарастания моего оргазма растет и потребность ощутить его губы на своих. При его следующем толчке я прижимаюсь губами к его губам.

Того, как его тело внезапно замирает надо мной, почти достаточно, чтобы заставить меня остановиться, но я девушка, которая получает то, что хочет, и я хочу, чтобы он поцеловал меня в ответ. Я погружаю свой язык в его рот с такой же силой, какую использовал он, пытаясь заставить его снова толкнуться. Второй удар заставляет его застонать, и его сильное тело тает рядом со мной. Его рука зарывается в мои волосы, когда он возобновляет свою скорость, и он начинает целовать меня с восхитительной силой, поглощая меня с таким же пылом и потребностью, как и мою киску.

Все в этом мужчине жесткое, но я томна и мягка, когда двигаюсь с ним. Чем сильнее он погружается в меня, тем больше мои мышцы напрягаются от нарастающего предвкушения. Другой рукой он обхватывает мою задницу, пока двигается, и его хватка на моем затылке сжимается почти до боли. Он держит меня как бы защищая, но трахает так, словно я принадлежу ему. Я полностью отдалась ему.

И мне нравится это.

Возможно, это последняя ночь, когда я могу быть собой. Лейси. Не единственной дочерью Хранителя. Ребенком преступника. Будущей женой Барона. Красной Камелией, цветком в клетке. Любой вещью для мужчин, которую можно обменять на благо Гвардии. Сегодня вечером я могу притвориться, что моя жизнь принадлежит только мне. Я с тем, кого выбрала сама, и хотя я не знаю его, он не трогает меня, как незнакомец.

Он рычит мне в рот, и моя киска трепещет от желания кончить. Его таз трется о мой клитор, стимулируя меня снаружи и внутри. Каждый раз, когда его проколотая головка задевает определенное место, я извиваюсь и расслабляюсь одновременно, пока мои мышцы не напрягаются и больше не расслабляются.

Я отрываюсь от поцелуя и шепчу ему в губы:

— Я собираюсь кончить.

— Кончай за своим дьяволом, tine (с ирл. Огонек).

Как будто он вызывает это сам, ощущения взрывается глубоко внутри меня, расходясь спиралями по всему телу, словно развевающееся платье. Его собственный оргазм приводит к беспорядочным толчкам, и я запрокидываю голову, чтобы видеть, как он кончает вместе со мной.