— Тсс, Тсс, — шепчу я ему и закрываю глаза, пытаясь заглушить боль. Он забыл поддерживать видимость нашего танца, поэтому я шагаю из стороны в сторону, чтобы заставить его раскачиваться вместе со мной. Медленное дыхание через нос помогает мне сосредоточиться, прежде чем я снова заговорю. — Я в порядке, правда. Переезд потряс меня, вот и все.

Я хочу погрузиться в него, отдаться его теплу. Кончики его пальцев, лежащие на нижней части моего живота, находятся в опасной близости от вершины моих бедер. Другая его рука скользит по моему бицепсу в защитной ласке, и я со стоном прижимаюсь к нему.

— Черт, tine, — шепчут его губы у моего виска. — Ты не можешь так звучать прямо сейчас. Я и так едва сопротивляюсь искушению.

Я резко открываю глаза, чтобы посмотреть, не шпионит ли кто за нами, но танцпол переполнен, и они, кажется, не замечают никого, кроме своих партнеров. К счастью, мы - тени в тусклом свете, но все еще играем с огнем.

— Нам следует быть осторожнее, — шепчу я, прежде чем сделать глубокий вдох и повернуться в объятиях Кайана

Это движение должно было показать, что со мной все в порядке, но как только мы меняем положение рук, чтобы продолжить наш вальс, все, что я могу изобразить, - это хрупкую, пластичную улыбку. Наплыв песни предупреждает меня, что его прикосновения почти прекратились, тревога давит мне на грудь, как наковальня, и становится трудно дышать. Я быстро моргаю, чтобы не дать опасным слезам скатиться по моим щекам, и отворачиваю голову, чтобы никто этого не увидел.

— Черт возьми, — выругался Кайан надо мной, прежде чем прошептать в мои волосы. — Ты не в порядке. Следуй за мной, когда песня закончится.

Я быстро киваю и едва сдерживаю всхлип. Его дымно-сладкий аромат амбры наполняет мои ноздри, успокаивая меня, пока последние такты песни не разносятся по толпе. Все хлопают, и я возвращаюсь к старым привычкам, делая модифицированный реверанс, который не требует от меня усилий наклоняться слишком низко.

Кайан кланяется и целует мне руку, его глаза наполняются эмоциями, когда его теплое дыхание ласкает мою кожу.

— Очень приятно, мисс О'Ши.

От того, как чувственно он произносит имя О'Ши, у меня переворачивается живот.

Всего несколько недель назад я боролась с тем, чтобы он не произносил «Маккеннон», но теперь я жажду снова услышать свое новое имя с его глубоким голосом и акцентом. Я прикусываю губу, чтобы удержаться от улыбки при этой мысли, и его глаза темнеют, когда он переводит взгляд на мой рот. Он чертыхается, и я быстро ухожу с танцпола, прежде чем он успевает даже встать, чтобы убедиться, что мы снова не потеряемся друг в друге.

Я пытаюсь собраться с мыслями, пока иду к группе знаменитостей и политиков из списка D, окружающих Барона, но я также поворачиваюсь таким образом, чтобы Кайан оставался на периферии моего внимания.

Мэйв стоит рядом со своим братом, и ее суровый взгляд устремлен на меня. Ее глаза прищуриваются, когда я смотрю на нее, но что-то возвращает ее к разговору, и ее лицо смягчается перед потенциальной аудиторией, готовая заговорить, когда ее попросят. У меня нет никаких сомнений в том, что она еще даже не успела вставить ни слова.

Несколько женщин действительно находят время поздравить меня по пути, хотя я не уверена, насколько они искренни. Каждая женщина здесь знает, что подписание свидетельства о браке с Бароном может означать подписание моего собственного смертного приговора. Я вежливо благодарю их, мысленно отслеживая тех, кто скорее злобно ликует, чем мрачен.

Моя мама покидает группу прежде, чем я подхожу к ней, на ее лице все еще застыла фальшивая улыбка, даже когда она хватает меня за руку, чтобы грубо увести в угол комнаты. Когда мы оказываемся вдали от подслушивающих ушей, она оборачивается ко мне, страх и гнев искажают ее лицо.

— Лейси, что ты с ним делала? — шипит она.

Я удивлена количеству эмоций в ее голосе. Она не из тех, кто показывает это даже в частной компании, не говоря уже о том, чтобы сидеть в углу бального зала, где толпятся сотни гвардейцев и представителей высшего общества.

— О чем ты говоришь?

— Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. Кайан Маккеннон. Мэйв сказала мне, что он повел тебя на танцпол. Тебе повезло, что Монро не видел, как ты пошла с ним, иначе с ним случился бы припадок. Я не смогла найти тебя там, чтобы остановить, не привлекая внимания к твоей глупости. О чем ты думала, танцуя с ним? И почему он здесь? Его даже не пригласили!

— О-он пригласил меня, и ты сказала мне танцевать с другими мужчинами...

— Только не Кайан Маккеннон! Никогда не Маккеннон. Они наши враги. Их семья умирает от желания быть главной. Ты это знаешь!

У меня вертится на кончике языка спросить ее, знает ли она, почему мы их ненавидим, но если она не знает, я не буду тем, кто расскажет ей об этом. Особенно когда она уже разозлилась на меня.

— Это был просто танец, мама.

Она качает головой.

— Это не имеет значения. Такое глупое поведение в ночь перед свадьбой может плохо закончиться. Я всего лишь пытаюсь защитить тебя.