Черт. Она точно собирается подойти ко мне.

Мантра «Убирайся, убирайся» крутилась в моей голове, пока ее не прервал смех, который я слышал раньше.

Как чертов мотылек на пламя, мое тело двинулось к этой женщине, к этому смеху. Теперь она сидела одна, смеясь с барменом.

Но вдруг, в порыве отчаяния, я сделал нечто странное — сел рядом с незнакомкой.

Я решил, что больше ни капли в рот, что я тут делаю?

Я уже должен был быть на полпути к выходу, подальше от Эммы, а не сидеть на этом чертовом табурете, который слишком мал, рядом с женщиной, у которой что? Приятный смех и красивая попа? Я уже собирался встать и извиниться, прежде чем уйти, но она повернулась, и я пропал.

Большие карие глаза смотрели на меня из-под густых ресниц. Пульс подскочил к горлу, нервное возбуждение разожгло кровь. Она восхитительна. Мягкие волны волос обрамляли ее лицо, открывая вид на высокие скулы и блестящие губы, которые явно что-то говорили. Мне понадобилась секунда, чтобы мозг уловил смысл ее слов.

— Что-то надо? — с легким раздражением повторила она.

— Эм… — я прочистил горло.

Демон вселился в меня, потому что вместо «Извините за беспокойство» я выпалил:

— Вообще-то, да. Я понимаю, что это очень странно, и я не пытаюсь с тобой флиртовать…

— Сказать, что ты не флиртуешь, звучит именно как флирт, — перебила она, наклонив голову и вызывающе глядя на меня.

Но я был слишком отвлечен видом ее блестящих губ, обхватывающих трубочку, когда она сделала глоток напитка.

Жар подполз к моей шее от неподобающих мыслей, которые вызвало это зрелище.

— Принято, мэм, но хуже, чем обычная пикап-фраза, — признался я, улыбаясь, когда она сузила глаза, явно подозревая меня в чем-то.

Боже, мне стоило выйти на свежий воздух. Я обычно не так реагирую на женщин.

— Ладно, я выслушаю тебя, потому что моя кузина сейчас в туалете, и, по крайней мере, это будет отличная история, чтобы рассказать ей, — ее большие карие глаза медленно прошлись по мне, словно она искала слабые места.

Меня удивляло, что она совсем не выглядела запуганной. Не то чтобы я хотел ее напугать — скорее наоборот, но с моим ростом большинство мужчин, не говоря уже о женщинах, обычно смотрели на меня настороженно.

Но только не она.

Я наклонился вперед, опираясь локтем на отполированную барную стойку и вторгаясь в ее личное пространство. Теплый, чувственный аромат коснулся моего обоняния, и у меня возникло странное желание провести носом по изгибу ее шеи.

Вместо того чтобы отстраниться, она лишь выше подняла бровь.

— Осторожнее, ковбой. Я чертовски хорошо целюсь, если нужно кому-то заехать по яйцам.

Разумеется, она сможет. Это только еще больше мне в ней понравилось.

— Буду иметь в виду. Но надеюсь, тебе не слишком часто приходится применять этот навык.

Мысль о том, что какие-то мужики ее достают, вызвала во мне странное чувство защиты, что было совершенно нелогично.

Она пожала плечами.

— В большинстве случаев моего взгляда достаточно, чтобы их отпугнуть. Но, похоже, на тебя он не подействовал… — легкая ухмылка тронула уголки ее губ, когда я не ответил. — Так что, Мистер «Дальняя дорога9», ты собирался задать свой вопрос или просто продолжишь на меня пялиться? Ах да, и если ты хотел попросить мой номер, сразу скажу - нет.

Я открыл рот, но ничего не смог сказать. Вероятно, потому, что был не в своем уме, раз решил заговорить с незнакомкой.

Что я вообще должен был сказать?

Что ее смех напоминает мне солнечный свет?

Абсурд.

Я не мог втянуть случайного человека в свои проблемы.

— Ты права, я хотел спросить именно его, так что просто…

Я уже собирался встать, но маленькая ладонь крепко схватила меня за запястье.

— Если уж врешь, то хотя бы делай это убедительно. Потому что, к сожалению, у меня есть мерзкая черта — не могу позволить тебе уйти, не узнав, какой вопрос ты на самом деле хотел задать. Иначе мне всю ночь не спать, мучаясь догадками.

— Ты притворишься моей девушкой? — слова вылетели раньше, чем я успел их остановить, и я тут же испытал ужас от того, что озвучил эту мысль.

Кто, черт возьми, вообще спрашивает такое у незнакомого человека?

Она пару раз моргнула, а затем запрокинула голову и расхохоталась.

С этого ракурса ее смех выглядел еще лучше. И неважно, что она смеялась надо мной — я не мог стереть с лица глупую улыбку.

Но когда она снова посмотрела на меня, ее лицо изменилось.