Кивнув своим мыслям, она подтянула к себе телефонный аппарат и сняла трубку.

*«Взойти на Голгофу» - это выражение, означающее подвергаться тяжёлым физическим и нравственным испытаниям, идти на страдание

**«Суаре»— устаревшее слово, означающеезваный вечер, изысканную вечеринку для избранных.Происходит от французского слова soiree.

Глава 29

Квартира матери находилась на пятом этаже современной девятиэтажки, одной из комплекса в четыре здания. Так получилось, что до сих пор Елизавета ни разу в гостях не была, поэтому шла по тротуару и с интересом осматривалась.

Зелёный, довольно просторный двор, один на всех, был надёжно защищён от остального города стенами строений и решётками с кодовыми замками на воротах и калитках. Много цветов, две детские площадки – для совсем карапузов и детей постарше, чуть в стороне тренажёры для взрослых жителей, по краям двора располагались парковки, но машины стояли и вдоль тротуаров.

Девушка подошла к нужному подъезду, набрала номер в домофоне, и через несколько секунд из динамика донеслось:

– Лизка, ты что ли?

– Я, мама.

– Ну входи.

Замок щёлкнул, она зашла в подъезд. Лифт проигнорировала, решив подниматься по лестнице – и полезно, и хоть на какое-то время отсрочить встречу.

– Ключи, - загораживая проход, Екатерина протянула ей брелок. – Какую машину ты мне отдаёшь? Надеюсь, она новая? Она уже во дворе? Документы где?

– Здравствуй, мама! – ровным голосом поприветствовала её Лиза. – Машина – Мерседес, цвет «мокрый асфальт», шесть лет ему. И нет, он ещё в посёлке, я приехала на такси.

И Рузанова тотчас отдёрнула руку назад.

– Так не пойдёт! Мы договаривались, что ты пригоняешь мне нормальный автомобиль, тогда я отдаю Лексус.

– Мы не так договаривались, - Лиза на мгновение прикрыла глаза – мама в своём репертуаре! – Я дала свою машину на два дня, они истекли. Ездить на ней ты всё равно не сможешь, поэтому не вижу смысла удерживать мою собственность. Что до второго автомобиля, то ты получишь его сразу, как только представишь водителя. Нужно сделать страховку, без этого никто за руль не сядет. Точнее, сесть-то он сядет, но доедет только до первого ППСника.

– Машина не новая! – возмутилась Рузанова-старшая. – И что за цвет?! Я хочу что-нибудь более благородное, более яркое и эксклюзивное!

– Нет проблем, - пожала плечами дочь, - выбирай по душе и марку, и цвет – автосалонов полно. И покупай, что хочешь.

– Ну и дрянь же ты, Лизка! – взвизгнула Екатерина Георгиевна. – Я для тебя…

В этот момент соседняя дверь распахнулась, и на площадку выглянула пожилая женщина.

– А, это вы! – протянула она, цепким взглядом осматривая сначала мать, потом дочь. – Услышала шум, думаю – кто там может быть? Вдруг грабители? Мне Анна Павловна, из первого подъезда, рассказала, что по квартирам ходят аферисты и гипнотизируют жильцов. Человек сам отдаёт им ценности и деньги! Во как!

– Здравствуйте, Мария Васильевна! Ко мне дочь пришла, она не аферистка, - поморщившись, ответила матушка и за руку дёрнула Лизу, побуждая ту зайти в квартиру.

И поспешно захлопнула дверь.

– Хотя с какой стороны взглянуть, - добавила мать, оказавшись за пределами слышимости любопытной соседки. – Если вспомнить, как вы со свёкром со мной обошлись, то не каждый аферист такое сумеет! Ободрали, как липку, лишили куска хлеба. И ты продолжаешь издеваться. Купи, говоришь? На какие шиши?! Дай денег – куплю!

– Мам, - Лиза усилием воли сдержалась, чтобы не сказать лишнего, - у тебя хорошее содержание, плюс дивиденды, плюс я недавно тебе перевела…

– Ой, что она там перевела! – Екатерина Георгиевна картинно закатила глаза. – Сущие копейки, от них давно и следа не осталось! А нормальный автомобиль, чтоб перед знакомыми не стыдно было показаться, не меньше двадцати стоит!

– Мама, я даю тебе хорошую машину, - дождавшись паузы, добавила Елизавета. – Бесплатно! Шесть лет для этой марки совсем немного, тем более что на ней никто, кроме меня не ездил. А меня возили только в школу и в институт. Автомобиль в идеальном состоянии! Но если он тебе не подходит, я не буду настаивать. Отдай ключи от Лексуса, у меня сегодня много дел.

И она протянула руку ладошкой вверх.

– Крохоборка! – припечатала Рузанова-старшая и швырнула брелок.

Лиза поймала его на лету и повернулась на выход.

– Как только определишься с водителем, звони Жарову. Его телефон у тебя есть, он не менялся. Дмитрий Владимирович предупреждён, и поможет сделать страховку, сменить машине владельца.

С последними словами Лиза толкнула дверь и, не оглядываясь, пошла вниз по лестнице.

Было почти всё равно – за много лет безразличия она привыкла к потребительскому отношению матери. И больше не ждала, как в детстве, что мама обнимет, похвалит, спросит, как дела или предложит свою помощь.