В конце концов, она не киборг, а обычная девушка! Ей простительно растеряться.

Но только на пару-тройку секунд, или она не Рузанова?

Тряхнув головой, Елизавета выпрямилась, вздёрнула выше подбородок и в упор встретила взгляд Олега.

– Насиловать собрался? Ну рискни.

– Какое изнасилование, если ты моя жена? Это не принуждение, это супружеский долг, я всего лишь беру своё!
– Олег явно не собирался отступать.

– Уголовный кодекс с тобой не согласен, - продолжала Лиза. – И, допустим, ты меня скрутил и лишил-таки невинности. Дальше-то что? Молчать я не стану! Дедушка ушёл, и рычагов давления на меня больше у тебя больше нет, а дрессировке я не поддаюсь. Добровольно не дамся, придётся применять силу. И если моё сопротивление не поднимает на уши соседей, то по завершении… мероприятия… я немедленно свяжусь со своими юристами. А потом мы вместе с ними отправимся сначала на медицинское освидетельствование, потом и в отделение полиции, и закончим круиз интервью представителям прессы и телевидения. Думаю, журналисты не откажутся от эксклюзивного материала от наследницы империи Николая Рузанова.

– Ты так легко разбрасываешься обещаниями, но что в реальности ты можешь? Даже чтобы добраться до полиции и всех, кого ты так самонадеянно перечислила, тебе для начала надо будет выйти отсюда, - фыркнул Олег. – А если я запру тебя и ключи унесу с собой? Посидишь в одиночестве, подумаешь и смиришься, никуда не денешься.

– Глупо, - ей было страшно, но Лиза отчаянно старалась сохранять уверенный вид. – Или ты думаешь, что никто ни дома, ни в институте не заинтересуется, куда вдруг я пропала? Вон, целая юридическая фирма приставлена следить за соблюдением воли деда. Им рот не заткнёшь и лапши на уши не навешаешь!

– Тоже мне, проблема! Оформлю тебе академ, - усмехнулся Олег. – А турист пойдёт лесом: лезть в семью ему никто не позволит. Скажу, что мы улетели на медовый месяц – ведь именно он испортил нам отдых на Мальдивах! А потом сообщу, что ты забеременела, и мы решили до рождения ребёнка обосноваться в Европе.

– То есть, ты априори уверен, что я буду сидеть тут молча? Тебе придётся заколотить окна, законопатить двери, а меня держать в наручниках и с кляпом во рту.

– Если ты мне не оставишь другого выхода, то я готов и на такое, - Левин говорил подчёркнуто спокойно, но она видела, что его даже потряхивает от ярости. – Но у меня есть идея получше: фармацевты давно изобрели волшебные препараты для буйных пациентов. Один курс, и человек становится милым и очень послушным. Правда, некоторые так в этом состоянии и зависают, но зато они не мучаются и не осознают, что потеряли часть своей личности.

– Ты чудовище! – прошептала Елизавета. – Неужели посмеешь?

– Рискни проверить, - хладнокровно отреагировал фальшивый супруг. – Если человеку нечего терять, он пойдёт на всё, чтобы спастись.

– Это работает в обе стороны, - напомнила ему Лиза. – Мне тем более нечего терять, я готова на всё, чтобы от тебя избавиться! Это раз. А ещё в завещании сказано, что мы должны жить в дедушкином доме. Это два! Если, конечно, ты не хочешь дать благотворителям повод забрать холдинг. Видел того неприметного мужичка, что сидел с краю и всю дорогу молчал? Думаешь, это сотрудник ЮрисПрофи? Не угадал – это представитель тех организаций, которые получат всё, если мы не выполним условия завещания. Уж поверь, они будут следить за нами очень внимательно! И это три!

– Там не сказано, что мы обязаны весь год сидеть в Парадиз безвылазно. Вещи перевезли, ночевать ночевали. А потом отправились отдыхать – имеем право! – прошипел Олег, снова надвигаясь. – На любого хитрого юриста найдётся ещё более хитровыделанный, который любое завещание вывернет в нужную мне сторону. Я не отдам холдинг, он мой по праву! Слишком многое я вложил в этот проект, слишком дорого он мне достаётся! Раздевайся сама, тогда я обещаю сделать всё быстро и менее травматично для тебя.

Лиза молча отступила ещё дальше и отрицательно помотала головой.

– Ну что ты ломаешься, как де… Ах да, я и забыл, что ты до сих пор девственница! – с насмешкой воскликнул Левин. – Кому расскажи, со смеху помрут: девке двадцать три, а она до сих пор целочка!

– Ты! – от унижения у неё даже горло перехватило. – Ты…

– Скажешь – для любимого себя берегла? – продолжал смеяться Олег. – Враньё! Просто тебя никто не хотел! И я не хочу, но раз для дела надо, то пересилю себя и сделаю-таки тебя бабой. Ты не так хотела лишиться невинности? Верю, но за это благодари своего деда! Если бы он не начал какую-то непонятную игру, то ничего этого не было бы!

Лиза рефлекторно отшатнулась, пытаясь увеличить между ними расстояние. Но муж успел поймать за руку и, грубо дёрнув к себе, впечатал девушку в своё тело.

– Прекрати ломаться и лучше согласись добром. Я всё равно своё возьму, но только от тебя зависит, как для тебя это пройдёт. Я ведь могу быть как нежным, так и грубым!

– Ты не имеешь права меня принуждать! Вспомни, что тебе грозит за нанесённый мне вред!

– Не будь идиоткой, - теперь он снова шипел. – Что ты продемонстрируешь – царапины и синяки? Фигня вопрос – постельные игры у нас такие, ведь ты любишь пожёстче, а я, как любящий супруг, всегда выполняю твои пожелания. Тем более, если после всего я продержу тебя взаперти с неделю, то потом ты уже никому не докажешь, что была девственницей, и не давала своего согласия на секс.

– Скотина… Какая же ты скотина! – пробормотала Елизавета.

В её голове калейдоскопом метались мысли, лихорадочно выискивая способ спастись.

Взывать к совести Олега смысла не было – у него окончательно сорвало стоп-кран. Но и позволить ему к себе прикоснуться она тоже не могла.

Оставалось одно – она должна заставить Левина играть по её правилам!

Но легко сказать - заставить, а делать-то что?

Кричать? Где гарантия, что соседи не на работе, а дома. И если даже кто-то услышит её вопли, то захочет ли он вмешаться или вызвать полицию? Время сейчас такое, что каждый сам за себя. И мало кому нравится встревать в чужие скандалы: потом сам же и останешься виноватым!