– Всё, через двадцать минут привезут, - Карина ещё раз оглядела любовника и предложила:

– Может быть, примешь ванну и переоденешься? Ты оставлял пару рубашек и какие-то штаны, принесу их.

– Да, я сейчас, - отмер Левин.

И, раздеваясь на ходу, побрёл в ванную.

Карина мысленно выругалась – кажется, масштаб проблем обширнее, чем она надеялась.

Спустя час, посвежевший и насытившийся, мужчина перешёл на диван и поманил её за собой.

– Спасибо, любовь моя, за терпение – ты одна меня ценишь и понимаешь! Присядь и выслушай.

Она плюхнулась на стул.

– Итак, оглашение состоялось. Но…

– Но…, - эхом повторила девушка.

– Старый чёрт нас переиграл, - мужчина вздохнул и покачал головой. – Он оставил холдинг будущим правнукам, представляешь?

– Как это?

– Всё завещал детям Елизаветы. Пока её старшему ребёнку не исполнится двадцать один, она будет управлять бизнесом и пользоваться всеми правами, кроме права акции продать, отдать, подарить, заложить и прочее.

– То есть?

– То есть, наш договор с Лизой теперь пустышка. Она не сможет передать мне пакет, даже если очень этого пожелает! Старый хрыч и на этом не остановился – я получу свои десять процентов, плюс ещё кое-какие дивиденды и останусь исполнительным только в том случае, если наш брак с его внучкой продлится не меньше года. При этом я должен не только, как батрак на пашне, работать на холдинг, но и жить с женой под одной крышей. В случае, если я решу развестись раньше года со дня свадьбы или если меня уличат в измене, то лишусь всего: и должности, и акций.

– Всего…, - снова эхом.

– Там ещё неустойка или штраф… В общем, совсем по миру не пойду, но потеряю существенную часть своего имущества, включая главную ценность – репутацию. После такого хрен кто меня возьмёт на хорошую работу!

– И… Что ты решил? – спросила, а сама просчитывала в уме варианты отступления.

– Решать тебе, Кари. Если согласна ждать ещё год, то я стисну зубы и потерплю. Если нет, значит, развожусь. Ты же не бросишь меня, если я стану нищим?

– Я? Нет, - машинально ответила девушка. – Но я правильно поняла, что при разводе через год ты ничего не теряешь?

– Да, даже приобрету хорошие отступные, и моя репутация не пострадает. Но, Кари, целый год мы не сможем видеться! Этот турист стопроцентно приставит ко мне какого-нибудь детектива, с целью поймать на измене и отобрать всё, что я заработал своим трудом.

– Он что, положил глаз на эту бледную моль?

– Скорее, на её наследство, - фыркнул Левин. – Уж не знаю, что он наплёл старику, но тот назначил его своим поверенным. И нанял наблюдать за внучкой, чтобы я, - Олег скривился, - её не обижал. Представляешь?

– Вот как? – Карина призадумалась. – Скажи, а условие про измены касается только тебя? Ей можно налево?

– Что? А, нет, Лизке тоже нельзя. Но дед знал, что для неё это не препятствие: она же ничем, кроме учёбы не интересуется. В двадцать три года девственница – о чём-то это говорит? На неё и без условий никто не позарится!

«Ой, не скажи, - возразила про себя Карина. – Лизка довольно смазливая, а весть о наследстве сделает её в глазах мужиков вообще неотразимой. Значит, ей тоже нельзя изменять… Отлично!»

И вслух:

– Олежек, конечно же я буду ждать, сколько нужно! Год воздержания – большой срок, но ради тебя я готова и на большее.

– Кариша, я больше не могу – иди ко мне! До вечера у меня есть время, - хриплым голосом произнёс Олег и протянул к любовнице руки. – Господи, как же я соскучился!

А когда через три часа он уходил, то бросил напоследок:

– Спасибо, что ты меня поддержала. Денег жаль, но я готов был их потерять, лишь бы не потерять тебя! И знаешь, что я придумал?

– Что? – насторожилась она.

– Скоро узнаешь! Обещаю – тебе не придётся терпеть целый год, ведь я и сам не выдержал бы такую разлуку! Кариша, я устрою, чтобы мы могли и дальше встречаться. Но пока не звони мне и не пиши, я сам с тобой свяжусь!

– Хорошо, любимый! – пробормотала она в ответ.

И мысленно добавила: «Я потерплю какое-то время, но при условии, что вытяну из тебя подробности того завещания. Плюс кольцо… Нет, полный гарнитур! И поездку в Европу. Давно мечтала пожить там месяц-другой!»

***

События последних дней казались ей сном.

Кошмарным.

С того дня, когда Макаров едва не с боем вырвал её из рук Левина, прошла неделя. И между вынужденными супругами установилось своеобразное перемирие. Или вооружённый нейтралитет – если взглянуть на их отношения с другой стороны.

Сначала Лиза даже слышать не хотела о муже, но правильно в народе говорят: с бедой или проблемой надо переночевать, и только наутро принимать решение.

К утру Елизавета более-менее успокоилась и главное, у неё включилось рациональное мышление*.