Значит надо привлечь внимание соседей как-то иначе.

«Как?! Думай, Лиза, думай!!!»

– Ну, чего стоим, кого ждём? – лениво произнёс Олег. – Я же всё равно сегодня тебя поимею – смирись! Может быть нам повезёт и ты залетишь с одного раза. Тогда девять месяцев поживёшь королевой и под присмотром, а как родишь, то подпишешь отказную и можешь идти на все четыре стороны.

– Я никогда не откажусь от своего ребёнка, - опрометчиво воскликнула Лиза.

И тут же прикусила язык: «Зачем, дурочка? Не надо его злить ещё больше, пусть лучше думает, что у него всё под контролем, я сломалась. Или вот-вот сдамся…»

– Я решу этот вопрос, - Олег многообещающе улыбнулся и опять приблизился на шаг, оттирая девушку от выхода из комнаты. – Посмотрю, что будет дешевле – признать тебя недееспособной и наркоманкой или организовать пышные похороны по безвременно покинувшей меня любимой жене? Послеродовая депрессия – какая жалость! Такая молодая, жить бы и жить…

Взгляд Лизы заметался по комнате и внезапно наткнулся на массивную, похоже, мраморную пепельницу. Не раздумывая больше, Лиза подскочила к столу, схватила её и с размаха бросила в окно.

Стекло, жалобно звякнув, просыпалось осколками наружу. Через мгновение с улицы донёсся сначала звук удара, а следом истошный ор автомобильной сигнализации.

– С-сука, ты что наделала!? – взвыл несостоявшийся насильник. – Я давно знал, что ты стерва и идиотка, потому что от недотраха не только характер портится, но и мозги плесневеют! Господи, за что мне такое наказание?

Из разбитого окна ощутимо потянуло холодом. Затем внезапно умолкла сигнализация и почти сразу за этим со двора донеслись голоса, быстро перешедшие с цивилизованной речи на многоэтажные выражения.

– Вон окно разбито – женский вопль. – Третий этаж! Оттуда бросили!

– Я знаю, чьи это окна – двадцать восьмая ГЭ! – проорал кто-то следом.

– Затаились, - третий голос.

– Ща выкурим!

Хлопнула дверь подъезда и по лестнице затопали шаги, по меньшей мере, трёх человек.

А через несколько секунд кто-то энергично забарабанил в дверь квартиры.

– С-сука!!! – повторил Левин, торопливо доставая свой сотовый и тыкая в экран пальцем. – Одни неприятности от тебя! Алло, Владимир Всеволодович, срочно, прямо сейчас – Милютинский переулок 20/2, квартира 28 Г. Надо решить одну проблему. Жду.

И, сбросив этот вызов, тут же набрал второго абонента:

– Леонид, собери ребят и в Милютинский переулок, дом 20/2. Две машины – мне нужно кое-кого склонить к миру и вывезти отсюда жену. Да…

Услышав это, Лиза очнулась и схватилась за свой сотовый. Но звонить не стала, боясь привлечь внимание разъярённого мужчины.

Если он отберёт у неё телефон до того, как она успеет попросить о помощи, то ей точно не спастись. Левин, плюс пятеро преданных ему мужиков… Тут без вариантов: скрутят и утащат.

Стараясь делать всё незаметно, она повернулась к супругу полубоком и трясущимися руками набрала СМС:

«Квартира в Милютинском переулке, Дом Лансере. Спаси!!!»

– Что ты там прячешь? – Левин заметил-таки её манипуляции. – А ну-ка, отдай телефон!

В последнее мгновение перед тем, как Олег вывернул ей руку и вырвал сотовый, Лиза успела нажать на «отправить».

– Вот так будет лучше, - он хладнокровно отключил гаджет и сунул его себе в карман. – Пошли, пока они не высадили нам дверь!

Рассерженные соседи продолжали барабанить и давить на звонок.

От шума и стресса у Лизы голова раскалывалась от боли. А ещё Олег так сильно сдавил ей руку, что та онемела.

«Синяк будет, - отметила она про себя. – Он что, собирается выйти к ним? Они же нас прибьют! Похоже, я пепельницей куда-то попала. Главное, чтоб не в человека…»

В эту минуту Олег распахнул дверь и с Лизой на буксире шагнул на лестничную площадку.

Все живы-целы?
– Левин заговорил сразу, как переступил через порог.

– Ещё не хватало, чтоб ты кого-нибудь зашиб! – сердито отреагировал один из мужчин.

– Люди-то не пострадали, а моя машина…, - не менее возмущенно вступил второй, но Олег не дал ему договорить.

– Это несчастный случай! Выйдем на улицу, я оценю размеры ущерба. Сейчас подъедет мой адвокат, он оплатит все издержки, включая моральную компенсацию.

И, по-прежнему не отпуская Лизу, начал спускаться вниз по лестнице.

Соседи переглянулись и, продолжая бурчать, потянулись следом.