— А если тебя кто обидит?

— Огребёт. Тебя же вот я не обижаю. Знаю, что могу огрести. А Шольт… такой милый, когда смущается.

Аргот только вздохнул. Порой маркизу он совсем не понимал. И вела она себя совсем не так, как полагалось высокопоставленной аристократке. Порой могла и конкретно указать направление, куда следует пойти. Почище иного сержанта в крепости. Даже не верилось, что эта вот милая красивая девочка знает такие слова. Особенно когда она наряжена не в мальчишеский наряд, а в платье. Тогда контраст между словами и внешним видом был еще более заметным. А вот мелкотня маркизу обожала, готовая и день и ночь слушать её сказки, выполнить малейшую её просьбу и вообще, для них она была авторитетом где-то рядом с матерями и отцом. А рассказы про Элайну Великолепную уже основательно вошли в обиход. Уже даже в городе их распространяли.

Деятельная маркиза, тем временем, тайком уже показала флаг детям, которые, понятно, на стену не едут. Только убедилась, что Аргот и Шольт не увидят. Аргот и не пытался — понимал, что раз едут вместе с Элайной его водружать, то все равно увидит. А раз хочется девочке устроить им сюрприз, то пусть так.

Тут гвардейцы из охраны как раз привели троих коней. Шольту тоже выделили, поскольку тот постоянно мотался вместе с ними. Из конюшен гвардии, между прочим, чем Шольт безмерно гордился, сообщая об этом всем своим друзьям.

До главных ворот добрались быстро. Тут Аргот с удивлением увидел отца и капитана гвардии. Капитан тут же пояснил Элайне:

— Не знаю, что вы тут задумали, леди, но мы решили вас подстраховать. Мало ли.

Девочка ничуть не возражала. Так что все быстро проникли в надвратную башню и забрались к флагштоку, который солдаты, уже предупрежденные, подготовили для флага.

Элайна, никому не доверив, лично привязала флаг к веревке и кивнула солдатам. Те быстро его подняли. Правда, изнутри башни сам флаг было невозможно разглядеть, потому пришлось спуститься от флагштока и выйти из самой башни. Здесь девочка с удивлением увидела отряды арбалетчиков и лучников, которые внимательно следили за гарлами.

— На всякий случай, — пожал плечами капитан Дайрс. — Я не знаю, как варвары отреагируют на вашу шуточку.

Капитан повернулся и посмотрел на флаг. Как раз в этот момент задул ветер, и флаг развернулся. Капитан замер. Оценил. Покосился на довольную Элайну, которая флаг уже видела и сейчас отслеживала реакцию окружающих. Аргот тоже сначала замер, потом повернулся к Элайне и показал большой палец. Девочка гордо вскинула голову, поморщилась и слегка поддернула свою бригантину, поправляя. На этот раз ошибку она учла и надела под доспех специальную одежду. Хотя летом в жару… Очень некомфортно. Оценив удобство, Элайна начала с очень большим уважением поглядывать на воинов, которые ходили в намного более тяжелых доспехах.

Сейчас она снова глянула на флаг, на Дайрса, потом на Картена.

— Как считаете, гарлы оценят?

Картен оторвал взгляд от флага, глянул на девочку.

— Вы постоянно меня удивляете, леди. Распоряжусь-ка я усилить отряды здесь. И лучников побольше сюда попрошу перевести. Как вы такое придумали?

Элайна могла бы сказать, что сплагиатила, но… Она всё-таки внесла свою часть. Ну да, почти Георгий Победоносец, только в доспехах типичного рыцаря Лакии, а вместо дракона волк-берсерк, которого топчет конь, а копье рыцаря пронзает его пасть. А вот валявшиеся рядом выбитые зубы — это уже фантазии девушек-вышивальщиц. Элайна такого не заказывала. Но получилось весьма эпично так.

— Фантазия у меня хорошая, — скромно пояснила девочка, с гордостью рассматривая флаг.

— Прикрутить бы её, — пробормотал Дайрс.

— А волк-берсерк весьма похож, — заметил Картен, разглядывая флаг. Потом посмотрел вдаль на лагеря гарлов. — Гарлы весьма трепетно относятся к своим символам. Я представляю, каких трудов им стоило принять единый символ всех племен.

— Сильно обидятся? — поинтересовался Дайрс.

— Надеюсь, что да. Капитан, это вот затишье, когда гарлы ничего не предпринимают — это затишье перед бурей.

— Так ведь осадных машин еще нет.

Картен покачал головой, продолжая разглядывать что-то у гарлов.

— Полагаю, нарубить лестницы им ничего не стоит. Это их обычный прием штурма. А еще длинные шесты. Один держится за конец шеста, а остальные бегут и толкают шест, а первый взбегает по стене. Очень ловко это делают.

В этот момент гарлы, похоже, разглядели новый флаг. Там поднялся крик, гарлы выскочили за укрепления лагерей и что-то кричали, потрясая оружием. Вот показались всадники, много, человек тридцать-сорок. И все разом устремились сюда. Дайрс тут же задвинул Элайну за спину, а Картен проделал то же с сыном и Шольтом. Махнул солдатам и те встали рядом со щитами. Один прикрыл Картена, а второй Дайрса.

Предосторожность лишней не оказалась — едва всадники приблизились к стене на расстояние выстрела, как они буквально засыпали стену стрелами. К счастью, и солдаты были настороже и весьма активно подключились к перестрелке. За укреплениями, стоя на твердой поверхности, у солдат имелось преимущество, потому первые потери понесли именно гарлы. Но и несколько солдат оказались ранены. Дайрс медленно пятился, уводя за собой и Элайну. Наконец ему удалось запихнуть её в башню. Следом тут Картен втолкнул Аргота и Шольта, вошел следом и тут же закрыл дверь.