Это же надо было додуматься так орать в лесу. Так и беду привлечь можно.

Пройдя дальше вдоль ручья, я потратил время на утреннюю разминку, завтрак и помывку. Разминочный комплекс давно въелся в тело, но сегодня что-то было не так. Совсем другие ощущения. Что-то во мне точно поменялось. За прошедшие сутки я пока инициацию не прошёл, но приблизился — определённо.

На сегодня у меня были самые обширные планы. Надо решить вопрос с едой. Хотел заглянуть к старику и поблагодарить его, но никаких признаков жизни в его избушке не наблюдалось. Ни дыма из трубы, ни самого старика. Путь к дому пролегал через грязь, и я решил, что поблагодарить можно и потом, а не пачкаться прямо с утра. Поэтому направился дальше, к селению, желая своими глазами увидеть, как там обстановка. Понятно, что не очень, но интересно же.

Путь от леса, где скрывался небольшой водопад, и до селения занимал с полчаса, если неспешным шагом. Избушка старика находилась где-то посередине, вдали от тропы и стояла на отдельном островке, под деревом с широкой кроной. Когда я прошёл через болото и собирался выйти к городу, мне навстречу попался парень в соломенной шляпе. Я этому не придал значения, хотя сам парень выглядел необычно. Не скажу, что на островах жарко. Стоять на площади в толпе, где ни ветерка — да, жарковато. В лесу же стояла приятная телу прохлада. В некоторых местах с реки и вовсе пронизывающие ветры приходили. Утром это особо хорошо ощущалось. Я пусть и в костюме, но успел подзамёрзнуть, пока через болото шёл. Парень же шёл, во-первых, в соломенной шляпе, хотя солнца сейчас не было, закрываться причин не имелось. Во-вторых, он был одет в лёгкие шорты и майку, демонстрируя худое, бледное тело, которое как будто никогда не видело загара.

Я бы прошёл мимо, но парень преградил мне дорогу.

— Куда спешишь? — спросил он, остановившись.

Вопрос поставил в ступор, потому что спросить что глупее невозможно. С чего бы мне ему отвечать честно? Да и не знакомы мы, чтобы ответ в принципе был.

— Ты что-то хочешь? — прямо спросил я.

Мы с ним одного возраста, могущественного культиватора он не напоминает, поэтому добавлять «старший» было бы излишне. Ясно и то, что это очередные неприятности.

— Поговорить, — чуть приподнял он голову так, чтобы полностью было видно глаза. — Тени кланов прячутся даже в грязи. Чья ты тень?

— Тень? — нахмурился я. — О чём ты?

— Не понимаешь или делаешь вид, что не понимаешь?

Псих какой-то. Я попытался его обойти, но он впился пальцами в плечо, и хватка его была не хуже стальной.

— Уверен, что можешь не отвечать? — спросил он, наклонив голову так, что я перестал видеть его лицо.

— Уверен, — ответил я, отбив его руку в сторону.

Он плавно сместился, повернулся и обозначил холодную улыбку.

— Почему водяной змей не напал на тебя?

— Ты за мной следил? — удивился я.

— Случайно мимо проходил. — Холодная улыбка исказилась, показались белые зубы. — Так из какого ты клана?

— Слишком много вопросов.

— И я умею получать ответы, будь уверен.

— Пока ты только демонстрируешь странные наклонности, приставая к парням.

— Что? — От удивления он аж голову поднял, и я рассмотрел его лицо.

Волосы были светлые, почти серые. Подбородок узкий, совсем не волевой. Красавчиком его точно не назвать.

Я вроде бы ничего такого не сказал, странно, что он так завёлся. Ну да весь разговор такой, неадекватный. Тем временем долго размышлять над ситуацией этот тип не стал. Обут он был в обычные сандалии, что совсем уж неподходящая обувь для дикой местности. Первый его удар был ногой в голову. Я успел выставить руки, но не вернуться. Попадание отразилось вспышкой боли, и я откинул чужую ногу от себя. Парень ловко крутанулся, я не уследил, как именно, только и успев заметить, как та самая сандалия уже на второй ноге прилетела мне чётко в голову, наверняка оставив смачный отпечаток на щеке.

В глазах побелело от вспышки боли, и я отправился в короткий полёт. Прокатился по дороге и остановился у самой грязи, чуть не свалившись вниз. Рот наполнился солоноватым привкусом крови. Я потерялся, дезориентированный, слыша только протяжный звон в голове. Это было настолько неожиданно и жестоко, что, пожелай он добить меня здесь и сейчас, легко бы справился. Ощущение собственной уязвимости обожгло нервы. Всё ещё ничего не видя, я поднялся и обратился в слух.

— Всё ещё не хочешь давать ответы? — услышал я вопрос не той стороны, с какой ожидал.

Белизна начала отступать. Я подвигал челюстью, тихо порадовавшись, что остался при своих зубах. Картинка прояснилась, и удалось разглядеть смутный силуэт парня, который упрямо расплывался и двоился. Сильно же он меня приложил!

Что бы ему такое ответить, чтобы отвалил?

— Язык проглотил?

— Я не хочу драться, — ответил честно. — Но настаиваешь…

— Настаиваю и ещё как. Покажи, на что способен, — махнул он рукой приглашающе.

Дзендао никому и никогда бы не признался, в первую очередь самому себе, что его бесит приход на эти острова.

Семь дней назад он спокойно жил в родовом поместье. В любой момент мог прийти и, пока никто не видит, обнять мать. Мог спросить совета у отца. Утащить сладости для сестры и подурачиться с ней. Дзендао не мог сказать, что живёт какую-то особо радостную жизнь, но он и не мыслил такими категориями. Тем не менее у него были дома и семья.

Пять дней назад спокойствие было нарушено, поступили тревожные новости.

Четыре дня назад было принято решение раскидать наследников, кого можно, по разным местам, с целью выживания.