– Даже не смей сюда приезжать, шкет!!!
– Не своим голосом закричала Криста, когда священник поднес телефон к уху.
– Не смей!! Нет!!
– Из-за собственного крика она не слышала, что тот говорил в трубку. От страха темнело перед глазами, головная боль отступала на второй план. Сами собой дрожали руки.

На лбу выступал пот. Вот и все. Если он сюда приедет, с огромным шансом его убьют. Что бы ни было в прошлом, как бы Нил её не обидел, он все равно оставался самым близким. Тем самым мальчиком, который сидел у нее на спине много лет назад. Тем мальчиком, который любил свою игровую приставку, любил омлет с копченой куриной грудкой и сырую рыбу. Он дал её жизни смысл. Странный парень, который мыл за нее посуду, и накрывал одеялом холодными вечерами.

“Не позволю, я не позволю” - стучал в голове. “Они не убьют тебя. Даже если нам не суждено даже общаться, они тебя не убьют. Я разорву любого, кто посягнет на твою жизнь”.

Через пару секунд молодой человек повесил трубку, и сунул телефон в карман джинсов.

– Что ты на меня так смотришь, чудовище?
– Со спокойной иронией спросил “Сэм”, глядя на сидящую на полу вампиршу.
– Вряд ли ты в состоянии меня понять.

– Предлагаешь мне понять охотника на ведьм, которых избавляется от них просто потому, что они ведьмы?
– Девушка поджала губы.
– Я понимаю только то, что у тебя, и у тебе подобных съехала крыша. В большее я вникать не намерена.

– Вы знаете, сколько сеете боли, мрази?
– Глаза жутко сверкнули в темноте подвала.
– Сколько страданий, как извращаете жизнь обычных людей? На той неделе добрую семью загрызла стая из трех одичалых вервольфов. Их ребенок остался круглым сиротой. Боги всех народов проклинают вас, ненавидят ваше существование, грязные создания. Шестнадцать дней назад я излечил от порчи умирающую женщину, эту порчу навела ведьма. Врачи ничего не могли сделать. Ваше назначение - сеять мрак, и творить себе подобных, пока мир не обернётся в хаос. У вас нет понятия чести. Нет сострадания, нет морали. Вы умеете только поглощать и развращать. Мир не будет раем на земле, пока такие, как ты ходят по нашей планете. Чтобы существовать, вы должны высасывать жизнь у другого человека.
– Его лицо исказилось в омерзении.
– Безнравственные уроды, пародии на людей. Припомнить, что конкретно вы, вампиры, творили в старых веках? Чем для вас были простые смертные, что вы с ними делали? Вы их ели. Пока не проснулась инквизиция.

– А сколько людей убивают друг друга каждый год?
– Криста сжала кулаки.
– Это ты в расчет не берешь? Сколько людей сеют мрак и отчаяние? Да. Среди нас есть плохие. Злые. Жестокие. Как и среди людей. Как и... среди всех. Кто-то просто хочет жить мирно со своей семьей, возделывать землю, пить кровь коров и жить счастливо. Кто-то хочет вредить. Но оглянись вокруг, так везде. Целые народы, страны друг друга не понимают и не принимают. С чего ты взял, что люди заслуживают существования, а мы - нет? Может, если бы Боги нас ненавидели, нас бы не существовало?

– Ты ничего не знаешь.
– "Сэм" стиснул зубы.
– И я не вижу смысла что-то объяснять созданию вроде тебя, которое будет любой хитростью цепляться за жизнь.

– Все живые существа цепляются за жизнь. Это нормально. Есть необыкновенные герои, которые способны на самопожертвование, но не смей осуждать всех остальных, кто на него не способен. Думать о себе - нормально. Думать о своем здоровье, о своих чувствах, о своей семье - нормально. Хотеть жить - нормально. Не нормально упрекать в отсутствии альтруизма. Ты корчишь из себя такого правильного, а на деле просто навязываешь свою картину мира обществу, в котором живешь. Или картину мира тех, кому ты служишь, я не знаю. И мне все равно.

Его злили её слова, и он не мог понять, почему. Раздражали, бесили, и впервые маска каменного спокойствия треснула. Сжимались кулаки, зрачки в хрустально-серых глазах превращались в точки.

– Вести с тобой диалог - ниже моего достоинства, крыса.
– Сквозь зубы прорычал “Сэм”.
– Твоя жизнь нужда только для того, чтобы твой пасынок соизволил вылезти из своей норы.
– Мужчина прикрыл глаза, чтоб взять себя в руки. Получалось. Складывалось впечатление, что смирять эмоции он умел лучше всего. Подавлять, “упаковывать”, и отправлять в самый дальний пыльный угол своего темного подсознания.

По-прежнему раздавался звон капель воды, что падали где-то в глубине подвала. Оттуда же слышались странные гулкие звуки, похожие на работу промышленных вентиляторов. Люди в костюмах топтались чуть поодаль, иногда напряженно переглядывались, в их тени прятался притихший Крис, которого так и не отпустил новый “хозяин”.

Страх холодными волнами накрывал тело, которые шли от сердца до кончиков пальцев. Сосало под ложечкой, от тревоги едва не трясло. Эти незнакомцы в форме явно вооружены на случай, если у их нанимателя что-то пойдет не так. Явно они тоже обладали элементарными навыками изгнания “созданий ночи”. В голове едва не завывал ветер, не было ни одной идеи. Что на ногах, что на руках ощущался скотч, Криста пыталась вращать запястьями, чтоб он немного отстал от кожи, но все безуспешно. Иногда скотч хрустел, чем привлекал внимание жутких надзирателей. Всякий раз она сглатывала, пульс все учащался. Постепенно начинал чувствоваться голод, адское напряжение украло у вампирши кучу сил.

Минуты ушедшего времени заставляли ресницы мокнуть. Она должна что-то сделать, пока эти люди не убили Нила. Должна, потому что если не сделает, этим все и закончится. Но что может сделать связанный по рукам и ногам? Разве что, закричать, пока ей не заклеят рот?

Отчаяние прибивало к земле. Бесполезная дура. Даже сейчас, хотя нет, сейчас особенно бесполезная. Сейчас она - просто червяк на удочке, для привлечения рыбы покрупнее.

Через пару секунд послышался скрип явно металлической двери, затем тихие, быстрые шаги. Вновь в глазах потемнело от ужаса, задрожали пальцы.