Она не понимала, что изменилось. Но чувствовала, что… что-то изменилось.

Мир вокруг стал другим.

Стоя в пробке, девушка сигналила машинам впереди, оттого что те не трогались вовремя и тормозили. Раздраженно закатывала глаза, вдыхая холодный вечерний воздух. Вот-вот тут зажгуться огни. Вот вот… дневной свет заменит электрический, и станет совсем холодно.

К своему счастью, по возвращению Криса больше она так и не встретила. Надеялась, что он, может, женился, или вообще переехал. Никто ей о нем не напоминал, а она и не спрашивала.

Все, вроде бы, было хорошо…

Омрачал обыкновенные будни лишь небольшой факт, что за годы в родном городе Нил так ни разу ей и не позвонил. Не поздравил с праздником, не отправил ни одно СМС. Он словно… растворился в воздухе. Ллейст лишь грустно улыбалась, и иногда, в канун Рождества смаргивала слезы. Она читала в интернете новости об его фирме, знала, что она процветала. Должно быть… его дела идут хорошо. Чего еще можно пожелать для своего воспитанника?

С ним все в порядке. Он здоров. Богат. Пусть у него все будет хорошо, даже если он ей вообще никогда больше не позвонит. Правда… очень хотелось, чтобы помнил. И, иногда, вспоминал. Пусть вскользь, пусть… самую малость.

В этом году ему стукнуло тридцать один. Иногда Ллейст очень хотела отправить ему какой-нибудь подарок, но обрывала такие позывы, чтобы лишний раз о себе не напоминать в таком ключе. Не напоминать о… темных, больных желаниях. Ведь помнить о детстве - это одно, а держать в руках подарок от вожделенной девушки - совсем другое.

Даже вечером в пробке ощущались смог и пыль. Приходилось подавлять постоянные позывы чихнуть. Криста с ленивой печалью смотрела на неоновые витрины цветастых магазинов с красивой одеждой, с платьями, с прелестными сумочками. Любой женщине хотелось… и ей. Тоже хотелось.

Но кошелек позволял купить бензин, кровь, и пару пончиков. Заплатить за коммунальные услуги, и, быть может, пару раз сходить в бар. Её скромный доход кое-как покрывал базовые потребности. Лишь иногда немного более того, в те дни счастливая вампирша покупала себе милую панамку или зонтик.

Почему-то этой ночью не хотелось таксовать. То ли лень взяла свое, то ли усталость, и просто закончились силы. Не долго думая, Ллейст сжала зубы, включила поворотник, и принялась сигналить соседнему ряду, чтобы пропустили развернуться. Через пару минут выехать из пробки, все же, удалось.

В старый салон через открытое окно продолжал дуть вечерний воздух. Чтобы не портить себе настроение, вампирша отворачивалась от цветных ветрин и смотрела на небо, где одна за другой выступали звезды. Светофоры с наступлением темноты казались все ярче и ярче.

Асфальт на парковке перед домом слегка растрескался после суровой зимы. В немногих штатах снежные зимы, но там, где были, были весьма холодными. Шумела потемневшая от подступающей ночи листва, иногда раздавался странный звук, похожий на “пение” цикад. Возможно, это и впрямь были они, трава в клумбах бодрой щеткой скрывала насекомых. И, хотя цикады не сидели в траве, Ллейст, как ребенок, рефлекторно её разглядывала.

“Моя машина скоро развалится. Металлом старый” - бубнила девушка себе под нос, вылезая наружу. Иногда она представляла, как после очередного хлопка дверь просто отваливалась и летела вниз. Возможно, такие мысли были недалеки от правды.

В какой-то момент Криста нервно, параноидально обернулась, и брови тут же поползли вверх. На парковке, среди скромных старых авто, перед бедной многоэтажкой стоял темный черный автомобиль явно не местной ценовой категории. Вампирша напряглась, но тут же выдохнула и пошла в подъезд.

Не её дело.

Она медленно переставляла ноги, шагая сквозь тьму мрачного подъезда. С верхних этажей доносились какие-то скрипы и шорохи, Криста раздраженно поджимала губы, слыша их, тяжело вздыхала, потирая усталую шею. Иногда здесь бывали разборки, девушка хотела надеяться, что сегодня их не будет. Удасться просто полежать на продавленном диване, подумать о жизни, а не слушать скандалы незнакомцев, отчаянно анализируя, начали те понажовщину, или, все-таки, нет. Вызывать полицию, или пока что не стоит.

Дверь квартиры угрюмо выступала на глади бетонной стены. Вампирша порылась в кармане джинсов, вытащила оттуда ключ, сунула в замочную скважину и провернула. Петли тут же скрипнули, в лицо ударил запах родного дома. Запах старой мебели и засохших черничных кексов.

Тьма и тишина. Только иногда по потолку скользили прямоугольные блики от фар проезжающих мимо автомобилей. Непривычно, гораздо чаще Ллейст видела свое жилье средь бела дня. Возможно, где-то в шкафчике на кухне еще валялась прошлогодняя пачка кукурузных чипсов. Её можно, наконец, открыть. Просидеть всю ночь у телевизора, подумать о жизни.