У нас же, русских, для того, чтобы назвать человека другом, недостаточно несколько раз поболтать с ним, и куда-нибудь сходить. Чаще всего, по моим наблюдениям, у людей за всю жизнь бывает всего несколько друзей, три или четыре, редко, когда больше. Друг у нас — это человек, на которого можно вывалить все свои проблемы и печали, и который всегда будет рядом с тобой в трудную минуту.

Так могу ли я, собственно, считать своих нынешних друзей — друзьями? Есть ли среди них хоть кто-то, кому я готов рассказать всё о себе? Или даже который просто захочет меня выслушать? Или поддержит в трудную минуту? По первому пункту сразу прочерк ставим. Ни с кем из них я не готов был делиться всеми своими секретами, включая моё попадание сюда. По второму и третьему пункту уже проще. Уверен, что все они при необходимости и выслушают меня, и постараются поддержать, как могут. Ну, может, разве что кроме Ханако, — бросил я тут взгляд на девушку, протиравшую со стола.

Со всеми остальными меня уже много чего связывало, а вот она в мою жизнь попала совсем недавно и довольно бесцеремонно, надо сказать, но меня почему-то это не раздражало.

Если при знакомстве с той же Мией мне сразу стало ясно, что эта хитрая лиса ведёт свою игру, и не постесняется залезть на шею и ноги свесить, в результате чего я только и буду заниматься её проблемами, из-за чего, собственно, я и держал её первое время на расстоянии, пока она не поняла, что со мной это не прокатит, то глядя на Ханако, у меня почему-то не возникало такого чувства.

Даже несмотря на то, что мы были знакомы всего два дня, мне кажется, я успел узнать её довольно хорошо. В отличие от Мии и Канны, которые всегда были себе на уме и довольно хитрыми особами, Ханако была довольно открытой и прямой, искренней даже. У неё явно было множество проблем как дома, так и в школе, определённо, у неё не было бы друзей, иначе бы она к ним ходила, а не к тому, кого и не знает почти, то есть, ко мне, но посвящать меня во всё это она не спешила, предпочитая справляться со своими проблемами сама.

Да даже сейчас весьма показательным было то, что ни Канна, ни Мия, ни даже Кими и не предложили своей помощи в уборке после нашей гулянки, и без малейших угрызений совести просто уехали, когда мы закончили, и только Ханако вызвалась помочь. Хотя, возможно, это было связано с тем, что она просто не хотела идти домой.

Но в защиту Мии с Канной следовало сказать, что в Японии и не принято было, чтобы гость помогал в чём-то хозяину. Скорее, подобное предложение могло даже оскорбить хозяина, так как гость в местной культуре был на особом счету. Его следовало окружать свободой, освобождая от любых бытовых хлопот. Это скорее мы с Ханако пошли против местных обычаев, она — когда предложила помочь, я — когда согласился с этим.

— Честно скажу, я тебе сегодня даже позавидовала немного… — продолжила она, — Когда тебе купили этот дом не завидовала, хотя всегда мечтала в таком жить, а вот когда увидела твоих друзей — зависть всё же проснулась, — вздохнула, протирая насухо тарелки полотенцем, — Представляешь? Возможно это потому, что насчёт дома я хотя бы понимаю, как такой приобрести, работай, копи деньги, и рано или поздно купишь, ну, или хотя бы в аренду возьмёшь, то вот друзей, боюсь, так не купить, — грустно рассмеялась она.

— И что, даже в школе ни с кем не дружишь? — осторожно поинтересовался я.

— Угу, — буркнула она неохотно.

— Ну, надо сказать, я тоже до недавнего времени популярностью в школе не пользовался, и со мной мало кто хотел дружить, — признался я, чтобы подбодрить её, — Только когда мы с отцом в этот город переехали, появились друзья, а до этого я и не общался почти ни с кем. Точнее, со мной никто не общался.

— Но почему? — не сдержала она любопытства, покосившись на меня.

— А по моему лицу непонятно? — усмехнулся я, — Всю жизнь меня каким-то хулиганом считали и стороной обходили. Как я ухитрился не связаться ни с одной уличной бандой — сам удивляюсь. Раньше меня это всё очень сильно задевало, старался всем доказать, что я совсем не такой, каким выгляжу. Что нельзя судить о человеке по его внешности. Пытался подружиться со всеми. А когда мы сюда переехали, то мне стало просто плевать на мнение окружающих. Перестал пытаться кому-то что-то объяснить, доказать, подружиться. Просто стал жить своей жизнью, рисовать мангу, сниматься в кино, и неожиданно появились первые друзья. Как-то так, в общем.

— Так получается, что ты обзавёлся друзьями тогда, когда тебе стало просто плевать на всех? Удивительно. У меня вот почему-то так не получилось, — криво усмехнулась Ханако, вешая полотенце на место, и садясь на стул, — Я с младшей школы пыталась найти себе подружек, вот только никто со мной дружить не хотел, а я даже не понимала, почему? Что со мной не так? Слишком мало мне было лет тогда, чтобы знать такие вещи. Через несколько лет только поняла, что это из-за нищеты моих родителей. Сам же знаешь, как в нашем обществе относятся к социальному статусу, а у нас он всегда был ниже некуда… Только у бездомных да хихикомори ниже… Мать всю жизнь официанткой работала в разных забегаловках, отец сначала водителем, пока не спился, а потом дворником. Денег едва на еду хватает и съём жилья. Хожу вечно в обносках каких-то. Джинсы с дырками не от хорошей жизни ношу, сама их такими сделала, когда протёрлись. Удивительно ещё, как родители на учёбу в старшей школе сумели-то мне отложить. Думала, придётся бросать учёбу и работать идти. Но в любом случае, высшее образование мне не светит. Денег на него точно нет, и я не настолько хорошо учусь, чтобы грант получить. Так что скорее всего, придётся продолжить семейную традицию, и идти в официантки. Посуду мыть я уже умею, сам смог убедиться, — грустно рассмеялась она, отсалютовав мне кружкой, в которую я ей только что чай налил.

— Слишком рано ты сдаёшься, — сел я напротив неё, — У тебя вся жизнь впереди. Да, какое-то время придётся поработать, а там накопишь денег, и сама себе оплатишь учёбу где-нибудь. И не бросай творчество. На новеллах тоже можно хорошо заработать. Тут я тебе помочь могу, кстати. Дай мне почитать свои работы, и, если мне понравится, сделаю тебе рекламу на пиксив. Подписчиков у меня много, глядишь, и заинтересуются твоим творчеством. Попробуй.

— Да зачем тебе всё это? — удивлённо уставилась она на меня, — Почему ты вообще меня терпишь? Свалилась тебе как снег наголову. Без разрешения залезла на твой участок, подралась с тобой, потом ещё и кровать твою заняла! Ещё и сегодня притащилась, когда к тебе друзья пришли, а ты, вместо того, чтобы выгнать меня, знакомиться с ними потащил. А теперь ещё и помощь свою предлагаешь! Почему ты… так добр ко мне?