— Я обязательно это сделаю. Теперь мне действительно пора возвращаться в раздевалку.

— Как я тебе завидую, ведь тебя окружает столько голых спортивных парней.

— Ну да, со временем к этому привыкаешь.

Я покинула боковую линию и вошла во внутренний туннель.

— Пенни! — услышала позади себя крик. Меня догонял отец. Я не хотела мешать ему, ведь он болел как одержимый, поэтому не поздоровалась раньше.

— Привет, папочка. Тебе весело?

— Отличная игра, никогда не видел ничего подобного на тактическом уровне. Слушай, не знаю, в курсе ли ты, но Милашка Би в Рождество решил со мной поговорить.

— Бо?

Мой отец разразился весёлым смехом.

— Да, перед тем как войти в дом, когда я был с твоими дядями. Он попросил у меня разрешения пойти с тобой на свидание.

Я испытала шок.

— Бо… Бо что сделал?

— Я решил, что он издевается надо мной, потому как он сделал это в стиле старомодного признания в любви, но потом я подумал, что он не такой парень. Мне это не показалось смешной шуткой, особенно в присутствии твоих дядей.

— Что сделал Бо? — переспросила я, изумлённая.

Папа покачал головой.

— Я никогда не думал, что парень может спросить меня о чём-то подобном. Ведь Сэм едва смотрел мне в глаза, когда разговаривал со мной.

— Ему было шестнадцать, он боялся!

— Ну, он мне никогда особо не нравился.

— Слишком поздно, я бросила его много лет назад.

— Так вы действительно встречаетесь? Ты и Милашка Би? — скептически спросил отец.

— Тебе трудно представить, что кто-то, кого ты боготворишь, будет встречаться со мной?

— Эй, Пенни, ты моя дочь, женщина, которую я люблю больше всего на свете, а он хороший парень. У меня нет желания ненавидеть его. Но я возненавижу, если он будет плохо с тобой обращаться, не сомневайся.

— Что именно он тебе сказал, кроме того, что попросил у тебя разрешения пойти со мной на свидание?

— Мужские дела.

— Мужские дела? Ещё существуют мужские дела? Вы спорите о длине барбекю, качестве шин и о том, у кого самая нежная свинина?

Отец хихикнул и похлопал меня по спине.

— Будь умницей, Пенни, я возвращаюсь смотреть игру.

— Папа, я хочу знать!

— Пока, Пенни!

Я смотрела ему вслед, пока он возвращался на трибуну. И вот, пожалуйста, новая ловушка профессионального уровня была установлена без моего ведома. Я улыбнулась, потому что никто ещё не делал для меня ничего настолько абсурдного и в то же время рационального.

Оказавшись в раздевалке, с бабочками в животе, я убедилась, что всё готово, а когда пришло время ждать команду, я предпочла сесть на скамейку Милашки Би, а не Ламара.

О' положил руку на бедро и посмотрел на меня.

— Но не говори мне...

— Хотела бы тебе сказать, что это не то, чем кажется, но это то, чем кажется, и я горжусь этим.

— Крестите своих будущих детей.

— Прекрати.

— И не забудьте сделать им вакцину от таких инфекционных заболеваний, как бешенство.

— Я же сказала тебе, прекращай.

Мой босс подошёл с макиавеллиевской улыбкой на губах.

— Я тебя знаю, ты, конечно, не поддалась обаянию богатого и недосягаемого спортсмена, но следи за Тилли, потому что она скоро присоединится к нам в плей-офф и будет за тобой присматривать. Пункты, запрещающие нам иметь отношения с игроками, утратили силу, но ей всё равно не нравится тот факт, что с клиентами устанавливаются интимные отношения, и поскольку именно она будет подписывать рекомендательное письмо, которое отправишь в Everlast, и учитывая, что ты не хочешь никакой помощи от Энни...

— Возможно, я смогу попросить Энни помочь мне.

— Ты изменила своё мнение и по этому поводу?

— Я размышляла над твоими словами.

— Пенни, думаешь, я тупой? Что ты делаешь с пресс-секретарём, которого ещё пять минут назад ненавидела до смерти?

Я придвинулась ближе к его уху.

— Ты знаешь, что она лесбиянка?

— Здесь осталось очень мало гетеросексуалов. Я думал, ты в курсе.

— Очевидно, нет.

— Значит, ты ненавидела её из глупой ревности?

— Ты хорошо её разглядел? Высокая, светловолосая, шикарная...

О' надулся.

— Ты реальная девчонка из Монтаны, выросшая в Балтиморе.

— Ты так говоришь, будто это оскорбление.

— Потому что так оно и есть.

Рёв, ставший уже привычным, оповестил нас о том, что игра окончена, и часть персонала вошла в раздевалку. Самыми взбудораженными выглядели новички, ведь их дебют в плей-офф был теперь предрешён. Вместе с Элвудом прибыли и другие врачи, занятые транспортировкой нескольких игроков в медпункт для обследования. В отличие от начала сезона, раздевалка Ravens кишела репортёрами, менеджерами, представителями телеканала команды, адвокатами и личными помощниками. Это был один из немногих моментов послематчевого расслабления и отдыха, потому что с приходом прямых отборочных матчей в этих стенах наступала абсолютная тишина и полная концентрация.