— Сам не знаю, — пожал я плечами. — Надо поскорее выбираться отсюда, не исключено, что атака может повториться.

— Да, надо выбираться, — пробормотал майор, неуклюже пытаясь подняться. — Вот же дьявол, ноги, словно из ваты сделаны.

Пока я занялся другим бойцом, Федулов неровной походкой направился к выходу, чтобы позвать на помощь. Водители и пулемётчики оставались в машинах. Позвонить им или вызвать по рации — совсем не вариант, внутри Аномалии электроника не работает.

Ещё один боец смог подняться на ноги. Я сказал ему попробовать утащить кого-нибудь прочь отсюда, а сам приступил к следующему. Через пару минут прибежала подмога.

Здоровые бойцы начали волоком вытаскивать сражённых наповал ментальной атакой в брешь в границе. Пока всех эвакуировали, я смог поднять ещё двоих. Майор, то и дело тряся головой, тащил к нашей технике последнего бойца. Давление негатива снова начало усиливаться, когда мы буквально вывалились из Аномалии.

— Ресурсы, — пробормотал Федулов, глядя в брешь и качаясь, как соломинка на ветру.

— Да, надо бы забрать, — неуверенно пробормотал я.

Заставить кого-нибудь идти обратно — просто бесчеловечно. Я уже хотел было сказать, что лучше бросить всё там, но Миша и остальные, не ходившие с нами в Аномалию, бегом отправились к месту, где мы подверглись ментальной атаке, чтобы подобрать мешки и пакеты с травами и другой добычей.

Я достаточно быстро пришёл в себя. Организм мага сам по себе очищается от негативной энергии Аномалии и становится крепче и устойчивее, приобретая иммунитет. Тем более я целитель и к преобразованию подобной энергии приспособлен как бы не больше остальных магов. Вот этот момент, кстати, стал для меня большим открытием, ведь боевым магам требуется куда больше времени тратить на медитацию, чтобы негативная энергия не сказалась не только на их телах, но и на энергетике. Что поделать, но за силу всегда приходится платить большими рисками, иначе все совершенно было иначе.

А вот всем бойцам, которые ходили со мной в рейд, пришлось довольно тяжко. Мало того, что они получили перед самым выходом очень солидную дозу негатива, так ещё и последствия ментального воздействия имели место и очень весомое.

Я начал очищать от избытка негативной энергии сразу по два бойца. Подбирать их и удобно располагать, помогали в основном пулемётчики и мехводы. Приятным бонусом было ускоренное восстановление запаса целительной энергии за счёт непосредственной близости Аномалии. Тем более мои энергоканалы от такой нагрузки пусть и болели, но становились заметно крепче, так что в этом тоже был своего рода плюс — я постепенно становился сильнее.

Когда моя работа закончилась, я настоял, чтобы отряд в полном составе поехал в госпиталь, а по пути позвонил Евгении, чтобы она подготовила тот самый фиолетовый эликсир.

Колонна в этот раз ехала почти вдвое медленнее, чтобы дезориентированные в пространстве и времени солдаты не покалечились на ухабах. Когда мы остановились, и дверь броневика автоматически открылась, я сразу увидел нашего алхимика. Она стояла на крыльце с целым штативом пробирок с ментальным эликсиром, лицо её было встревоженным. Хоть Евгения и старалась этого не показывать, но у неё не получалось скрыть свои переживания.

Я спрыгнул на асфальт и помогал высаживать вяло шевелившихся бойцов, которых мы не стали тащить в госпиталь, а рассаживали прямо здесь, на площадке. Усадив бойца, я обернулся и увидел прямо перед собой пробирку с фиолетовой жидкостью.

— Сначала ты! — безапелляционно заявила Евгения, настойчиво пихая мне пробирку под нос.

— Да со мной всё в порядке, — улыбнулся я, мягко отстраняя от себя её руку с пробиркой.

— Это ты так думаешь! Тебе просто легче, чем остальным. Пей, говорю, а то вообще никому не достанется! — чуть ли не прикрикнула она и топнула ножкой.

Стук каблучка об асфальт эхом прокатился по двору госпиталя, отражаясь от здания и бетонного забора. Позади Евгении материализовался улыбающийся пулемётчик Миша, хитро подмигнул мне и утвердительно кивнул, мол, пей. Лицо алхимика было сердитым, но всё равно чётко была видна тревога.

— Хорошо, — вздохнув, кивнул я, взял у неё пробирку и сделал маленький глоточек.

Только сейчас понял, что я и, действительно, был под воздействием ментальной магии. Мир стал намного резче и красочнее, осознание тяжести поражения солдат теперь стало более полным. Я понял, что мы спаслись просто чудом. Точнее, спасла моя резистентность к магии и умение пользоваться огнестрельным оружием.

Я вспомнил ту тень, в которую стрелял, считая, что это был высокий человек в плаще с капюшоном, но теперь я совсем не уверен, что это подобие миража хоть чем-то было похоже на человека. Воздух настолько сильно дрожал, а изображение расплывалось, что я теперь не уверен, что там вообще что-то было.

Но что-то ведь было! Я в него выстрелил, оно исчезло и атака прекратилась, значит, магическая пуля в кого-то попала! В того, кто устроил это безобразие. Если же это человек, который еще и каким-то новым образом сумел найти взаимодействие с Аномалией, то…