Мы ещё некоторое время молчали. Потом мне в голову пришла интересная мысль.

— Магдалина, скажи, а исходя из числа жилых построек и комнат в них, на какое население рассчитан Барбинизатор? — спросил я.

Она посмотрела на меня внимательно, даже с некоторым уважением.

— Не самый очевидный вопрос, — сказала Барби, — не всем он пришёл бы в голову.

— Но вам приходил, да? — спросил я.

— Да, — вздохнула Магдалина, — исходя из количества жилых помещений, сейчас Барбинизатор может вместить около тысячи человек… точнее, наверное, будет сказать, что ближе к девяти сотням. Но это вместить, прокормить на сегодняшний день он столько не сможет. С другой стороны, он всё время растёт!

— Получается, что сейчас Барбинизатор сильно недонаселён, — сказал я, — вас же около сотни, верно?

— Больше, — сказала Магдалина, — но да, ты прав, он как будто ждёт пополнения. Или хочет пополнения. Нас слишком мало для него.

— Для того чтобы его защитить? — сказал я.

— И для этого тоже! — сказала Магдалина, — хоть набор объявляй! Но мы эту тему обсуждали и решили, что всё должно развиваться естественно. Мы готовы принимать в нашу общину новых членов, если они согласятся жить по нашим правилам, и если мы найдём с ними общий язык.

— Всё же, думаю, доступ к кристаллу нужно как-то ограничить. Может быть, пускать и всех, раз уж у вас так принято, но не в любой момент. По очереди, по записи… чтобы это каждый раз было событием и происходило под наблюдением ответственных людей. А то, если население будет расти, а контроль будет слабым, так и до беды недалеко. Рано или поздно найдётся кто-нибудь, кто захочет этот кристалл уничтожить. Или не захочет, а его заставят это сделать. Шантажом или подкупом. Мало ли? Это сейчас вы все прошли через горнило одной войны, потом рамки размоются, люди будут присоединяться разные, и правила необходимо будет менять. Лучше это сделать сразу, так сказать, превентивно! — сказал я.

— Моё уважение! — сказала Магдалина, — ты говоришь очень разумные вещи! Даже удивительно, что мы сами об этом не подумали.

— Это не удивительно. Люди ко всему привыкают и не любят лезть в то, что и так хорошо работает. Иногда, чтобы увидеть потенциальную опасность, нужен именно взгляд со стороны. Свежий и не замутнённый. И если этот взгляд доброжелательный, он может подсказать много полезного, — сказал я.

— А ты доброжелательный? — спросила Магдалина.

— Да! — улыбнулся я, — хочешь верь, хочешь нет, но доброжелательный! Мне здесь нравится, и я хочу, чтобы Барбинизатор, или как бы его в будущем ни называли, продолжал существовать. Это хорошее место, а хороших мест в современном мире не так много.

— Хочешь остаться здесь? — прямо спросила Магдалина.

— Это же женский монастырь! — удивился я.

— Кто это тебе сказал? — в свою очередь, удивилась Магдалина, — это получилось только по стечению обстоятельств. Никаких обетов или зароков мы не давали. Сам кристалл тоже никогда этому вроде бы не препятствовал… даже наоборот! Он принял тебя как контактёра, да и раньше с ним взаимодействовали именно мужчины… так что, здесь нет никаких ограничений.

— И в этом кроется определённая опасность, — сказал я, — верно? Если доступ в кристалл есть только у мужчин… мы не знаем точно, так это или нет, но предположим. То тогда существует ненулевая вероятность перехвата власти, если в какой-то момент гендерный баланс будет нарушен.

— Думаешь, власть над этим местом всегда должна быть в наших руках? — внимательно на меня глядя, спросила Магдалина.

— Думаю, что да, — сказал я, — остаётся открытым вопрос с доступом и донастройкой, но у меня пока что нет на него ответа.

— Мужчинам нельзя доверять? — спросила Магдалина. Наверняка у неё было своё мнение по этому поводу, но она хотела услышать мою версию.

— Ну почему же! — удивился я, — многим можно! Например, мне! — я улыбнулся, — тут дело не в мужчинах как таковых. Если женщины подвержены воздействию кристалла, а управлять им могут только мужчины, то рано или поздно, у кого-то может возникнуть соблазн использовать Барбинизатор не совсем корректно… в своих личных интересах. И дело тут не именно в мужчинах, ситуация могла быть и зеркальной. Дело в соблазне злоупотребить.

— А у тебя нет такого соблазна? — спросила Магдалина.

— Пока нет, — сказал я, — но если бы он и был, я бы всё равно не признался. Так что, будьте осторожны!

— Пойдём, посмотрим на пищевой комбинат, — сказала Магдалина.

— Пищевой комбинат? — усмехнулся я.

— Ну да, а как ещё это называть? — пожала она плечами, — не придирайся к словам. Я выросла во времена, когда такие термины были нормой.

Мы перешли в другую часть Барбинизатора. Здесь здания шли вдоль крепостной стены, практически с ней вровень. Сверху на них были как будто снежные шапки.

— Они продолжают расти? — удивился я.

— Да, — сказала Магдалина, — они уже работают, но постепенно прибавляют по этажу. Вместе с ростом стен.

— На стенах я таких наростов не видел, — удивился я.

— Формирование материи из желе, это экспресс-метод. Более быстрый вариант. Стены уже выполняют свою функцию, их нельзя укрыть шапками строительного материала, поэтому они растут медленнее. Слой за слоем нарастает сверху, подобно технологии 3Д печати, только без принтера… или с невидимым принтером, — сказала Магдалина.