Шрифт:
— Из дома, из Уолнат-Кроссинга, в Харбейн.
— Кто-то был с вами в машине?
— Никто.
— Цель поездки?
Он коротко прикинул, стоит ли что-то утаивать, но решил — нет. Случившееся в горах было явно намеренным и, скорее всего, связано со встречей.
— Сегодня утром мне позвонил неизвестный и предложил информацию по делу об убийстве Лермана. Мы договорились встретиться в два дня на площади Харбейна.
— Какую именно информацию?
— По его словам, она оправдывает Зико Слэйда.
Магнуссен безразлично посмотрел на Гурни, затем на устройство на столике; челюсть напряглась. Когда он продолжил, в голосе проскользнула рассеянность:
— Хорошо… Давайте пока сосредоточимся на деталях того, что произошло на Блэкморе. Опишите встречу с другим водителем. По шагам.
— Встречи с водителем как таковой не было — только машина: красный эвакуатор. В горах ветер, по дороге порывы снега. Я заметил его, когда он стремительно приблизился, почти поравнялся, выйдя на встречку, будто собирался меня обогнать. Я так и подумал. Но затем он резко вильнул в мою сторону и вытолкнул меня с дороги.
— У вас сложилось впечатление, что это было сделано намеренно?
— Казалось, водитель полностью контролировал ситуацию.
— Итак, вас столкнули. Что дальше?
— Я врезался в пень у опушки.
— Дальше?
— Возможно, я путаюсь, но, как мне помнится, между взрывом подушки и ударом по голове был какой-то промежуток.
— Промежуток?
— Будто два отдельных удара. Не совсем логично, но я помню это так.
— Что вы сделали после второго удара?
— Потерял сознание.
— То есть с другим водителем вы не контактировали?
— Никак.
— Вы его не видели?
— Нет.
— Не разговаривали?
— Нет. Я даже не знал, что это «он». Но вы, похоже, знаете. Значит, задержали?
— Мы ещё вернёмся к этому, — Магнуссен подолгу смотрел на устройство прежде, чем продолжить: — У вас есть действующее разрешение на скрытое ношение, верно?
— Верно.
— И зарегистрированный пистолет Beretta?
— Да.
— Есть другие пистолеты — зарегистрированные или нет?
— Нет.
— Были ли когда-нибудь другие — зарегистрированные или нет?
— Glock 9, когда служил в нью-йоркском отделе убийств.
— Иных — ни одного?
— Ни одного.
— Вы в последнее время стреляли по какой-либо причине?
— Нет. Может, скажете, какое отношение все эти вопросы имеют к тому, что меня столкнули с дороги?
Сделавшись ещё более решительным в своей замкнутости, Магнуссен взял устройство и вышел.
31.
— Мэдди! Наконец—то! Прости, что так долго не выходил на связь. Пробиться было непросто. И прошу извинить, что не сумел привезти твою виолончель.
— Концерт отменили. Что произошло? Где ты?
—В Харбейне. Если точнее — в больнице Паркера. Со мной всё более—менее, а вот с машиной плохо. В бок въехал другой автомобиль. Я приложился головой — меня привезли на обследование. Он постарался выдать как можно менее тревожную версию случившегося. Более мрачные детали можно было оставить на потом.
— Боже, ты цел?
—Немного побаливает от удара подушки безопасности — и всё. Сначала на меня надели шейный воротник, но уже сняли. Их намерение оставить меня на ночь — очевидно, перестраховка на случай юридических последствий. Зато я уже в обычной палате и начинаю нервничать. Где ты сейчас?
— Мы с Джерри уже на полпути домой из клиники. Нужно что-нибудь сделать?
— Может Джерри довезет тебя до проката? Моя машина какое-то время будет вне игры.
После короткого обмена репликами между двумя женщинами Мадлен спросила: — Какую машину тебе взять?
— Без разницы, лишь бы с полным приводом.
— Нужно что—то привезти тебе вечером?
— Нет смысла. Я хочу выбраться отсюда утром. Сможешь забрать меня — не ломая свой график?
— Я буду в десять. Больницу это устроит?
— Мне всё равно, что устроит больницу.
— Ты уверен, что достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы вернуться домой?
— Я в порядке.
— Ты звучишь нехорошо.
— Меня всё ещё бесит следователь из местной полиции. И телефон мне чертовски долго не возвращали. Расскажу утром подробнее.